Аркадий Миль-Ман: Россия играет в войне гораздо большую роль, чем кажется
Аркадий Миль-Ман, бывший посол Израиля в России и старший исследователь INSS, предупреждает о драматическом укреплении союза между Москвой и Тегераном. По его словам, Путин выстроил антизападную ось, рассчитывая, что США увязнут в иранском конфликте, что позволит ему реализовать имперские амбиции.
Аркадий Миль-Ман, бывший посол Израиля в России и старший исследователь в INSS, предостерегает от драматического углубления связей между Москвой и Тегераном. По его словам, со времени вторжения в Украину симметрия в отношениях усилилась: Иран поставляет России БПЛА, а Россия возвращает технологии, разведданные и военную помощь. Он утверждает, что на Западе не осознают глубину опасности, кроющейся в этой связи, и предупреждает, что Путин выстроил антизападную ось. Сейчас российский лидер надеется, что США погрязнут в иранской трясине, что позволит ему реализовать свои амбиции на западных границах России.
Исторический контекст отношений
Аркадий Миль-Ман отмечает, что нынешняя близость между странами не была предопределена исторически. В XIX веке Российская империя и Персия вели войны за территории, а Туркманчайский договор 1828 года до сих пор воспринимается в Иране как символ национального унижения. После иранской революции 1979 года СССР официально именовался «малым сатаной», а враждебность достигла пика в восьмидесятые годы, когда Москва поддерживала Саддама Хусейна в ирано-иракской войне.
Ситуация изменилась после распада СССР в 1991 году, когда Россия начала искать новые источники дохода. В 1995 году страны подписали соглашение о сотрудничестве в области ядерной энергии, результатом которого стало строительство электростанции в Бушере. «Всегда существует опасение, что те, кто приобретает знания о гражданском атоме, смогут в дальнейшем конвертировать их в военный», — отмечает эксперт.
Альянс стран-изгоев
С приходом Путина к власти в 2000 году, а особенно после введения западных санкций в 2014 году, сближение ускорилось. Вторжение в Украину в феврале 2022 года окончательно превратило Россию и Иран в партнеров по «общей судьбе».
«Тот, кто думает, что это последний раунд против Ирана, пусть подумает еще раз, — предупреждает Миль-Ман. — Когда придет третий раунд, он будет против еще более радикального режима Корпуса стражей исламской революции, который продолжит попытки разработать ядерное оружие и нанести удар по нам».
По мнению эксперта, отношения стали гораздо более симметричными. Россия, накопившая огромный опыт на поле боя в Украине, делится им с иранцами. Более того, Москва помогает восстанавливать системы ПВО Ирана, пострадавшие в ходе атак. «То, что начиналось как иранская технология, попавшая в Россию, возвращается обратно полным кругом к иранцам», — констатирует он.
Геополитические амбиции Путина
Миль-Ман, который встречался с Путиным в начале его президентского пути, отмечает, что российский лидер сильно изменился. Если раньше он демонстрировал готовность к диалогу и даже восхищение Ариэлем Шароном, то сегодня его цели стали откровенно реваншистскими.
«В его идеальном мире — чем больше США запутаются в Иране, тем меньше они смогут оказывать помощь Украине, и тогда Путин сможет завоевать её всю и продолжить поход в сторону балтийских республик и Польши. Он мечтает вернуть Россию к её имперским временам», — считает эксперт.
На вопрос о том, как израильская стратегия должна выглядеть сегодня, Миль-Ман отвечает однозначно: «Нужно делать всё, чтобы русские не помогали иранцам. Кроме того, если Украина падет — будет плохо и Израилю, потому что Россия захочет продолжить поход завоеваний. Если Россия проиграет — будет хорошо западному миру, включая Израиль, потому что она больше не будет партнером Ирана».
