Архитектор секторальных денег Смотрича получает ключи от министерства финансов

Махран Фрозенфер, новый ответственный за бюджеты, редко пишет в сети X (Твиттер). Но в прошлый четверг он опубликовал там предложение о работе на замещение временной вакансии в возглавляемом им департаменте. Фрозенфер написал, что «бюджетный департамент министерства финансов ищет талантливого экономиста для работы в центре общественной деятельности. Ищем обладателей первой степени по экономике, с аналитическим мышлением и чувством миссии». Публикация Фрозенфера появилась спустя всего несколько часов после того, как пресс-служба министерства финансов сообщила, что министр финансов Бецалель Смотрич решил назначить на должность генерального директора министерства финансов Исраэля Малахи, который до этого занимал пост заместителя гендиректора.

Если бы Малахи подал заявку на временную должность в бюджетном департаменте, весьма сомнительно, что он прошел бы по пороговым условиям. Его степень — по деловому администрированию со специализацией в области финансов. Это именно те пограничные случаи, которых в департаменте предпочитают избегать, и от него потребовали бы доказать, что изученные им курсы совпадают с программой степени по экономике. Но, к счастью для Малахи, пороговые условия Смотрича не похожи на условия бюджетного департамента. Министр финансов ищет не экономистов, он ищет «другие вещи» в исполнителях должностей вокруг себя.

Малахи — третий гендиректор, которого Смотрич назначает за время своего пребывания на посту министра финансов. Общим для него и двух его предшественников является то, что они не являются экономистами по образованию. Шломи Хейзлер был юристом. Илан Ром получил вторую степень по праву и первую степень по археологии и краеведению. Как раз Малахи, как ни странно, является тем, чье академическое обучение наиболее близко к областям экономики.

Закон не обязывает назначать человека со степенью по экономике на должность гендиректора министерства финансов, но речь идет о норме, которая соблюдалась более или менее со времен основания государства. Достаточно просмотреть список гендиректоров министерства за все поколения. С 1956 года должность гендиректора министерства финансов занимали почти исключительно экономисты по образованию. В течение всех этих 67 лет из 25 гендиректоров было только три исключения: проф. Яаков Неэман в 1979–1981 годах, Шалом Зингер в 1991–1993 годах, который имел степень по бухгалтерскому учету и пришел на должность после того, как был гендиректором «Бейнлеуми», и Хаим Шани в 2009–2011 годах, который до прихода в минфин был гендиректором компании Nice. Также до 1956 года назначались люди с высоким экономическим профилем, двое из них довольно известны и сегодня: первый управляющий Банка Израиля Давид Горовиц и мифологический министр финансов Пинхас Сапир.

Один только Смотрич сумел за срок в три с половиной года назначить трех человек без степени по экономике, и ни один из них не является выдающейся управленческой или экономической звездой. Талмудическое выражение гласит в этой связи, что «три раза создают презумпцию» (בתלת זימני הוי חזקה), то есть поведение, которое повторяется снова и снова, свидетельствует об укоренившейся модели поведения.

Норма назначения экономиста на должность гендиректора минфина возникла не напрасно, и она имеет значение. Должность гендиректора министерства финансов — это уникальная роль: для нее недостаточно обычных управленческих навыков. Чтобы выполнять ее должным образом, необходим редкий набор компетенций. Нужны хорошие человеческие качества, чтобы управлять различными департаментами и балансировать напряженность между ними, а также чтобы справляться с постоянным и базовым напряжением между политической системой и бюрократическим аппаратом. Но этого недостаточно. Необходимы глубокие экономические знания и широкий кругозор, которые обеспечат гендиректору искреннее уважение со стороны других сотрудников министерства. Не случайно шесть гендиректоров минфина ранее занимали должность ответственного за бюджеты, а шесть других обладали престижными докторскими степенями в области экономики. Более того, действующее законодательство устанавливает, что гендиректор минфина является членом многих экономических органов и комитетов, таких как Комитет по сокращению концентрации, Комитет по финансовой стабильности, Комитет по ценам и другие — комитеты, для эффективной работы в которых необходимы глубокие экономические знания.

Несмотря на это, нужно признать правду: хотя должность гендиректора министерства финансов считается структурно сложной, было несколько гендиректоров, которые не внесли большого вклада в экономику Израиля, и их влияние было незначительным по сравнению с другими высокопоставленными чиновниками минфина. Но Смотрич изначально не пытался, и даже увидев, что это не работает — и не один раз — он настоял на том, чтобы не пытаться вернуть тот полугосударственный статус, который в прошлом был закреплен за гендиректорами министерства финансов.

Гендиректор министерства финансов — это политическое назначение на доверительную должность, как и назначения на большинство должностей гендиректоров в правительственных министерствах, но минфин был местом, где строго следили за тем, чтобы назначать человека, который приобрел свой статус прежде всего в сферах экономики и управления. В прошлом и должность гендиректора министерства главы правительства была такой, но подобно тому, как там должность превратилась из профессиональной в функционерскую, так Смотрич действует сейчас в министерстве финансов.

Смотрич скажет в свою защиту, что было очень трудно найти гендиректора после того, как Хейзлер покинул пост, но это лишь часть описания проблемы. Если министр финансов дошел до ситуации, когда ему трудно найти делового профессионала на должность гендиректора министерства, ему стоит спросить себя, не нужно ли ему что-то исправить в своем поведении.

В определенных смыслах Исраэль Малахи подходит на должность гендиректора минфина больше, чем два предыдущих назначения Смотрича. Он занимает пост заместителя гендиректора минфина уже три с половиной года, и более 15 лет он считается известным человеком в коридорах минфина в целом и в бюджетном департаменте в частности. Все эти годы его ролью было ведение коалиционных переговоров очередной партии, представлявшей интересы религиозного сионизма. Для сравнения, Малахи — это Атиас и Бабчик религиозного сионизма. Не факт, что Малахи понравится это сравнение. Он наверняка использует лозунг Смотрича, согласно которому «сектор религиозного сионизма — это самый несекторальный сектор из существующих», и, следовательно, забота о нуждах сектора — это забота о всех гражданах страны. Но в любом случае, Малахи в течение многих лет был теневой фигурой, которая заботится о переводе заявлений и обещаний политиков в обязывающие формулировки в коалиционном соглашении, а затем в статьи бюджета, и поэтому его знакомство с бюджетом выше, чем у многих других.

Но именно этот навык делает назначение диссонирующим: правильно ли назначать на должность гендиректора министерства финансов, ответственного за видение общей картины распределения государственных ресурсов, человека, чья область специализации — перенаправление средств в пользу секторальных целей? Назначение Малахи вызвало, как и ожидалось, резкую критику со стороны Форума экономистов за демократию. Там, среди прочего, экономисты написали, что «назначение доказывает, что Смотрич не заинтересован действовать на благо экономики Израиля, а лишь для продвижения чуждых секторальных интересов». Помимо критики, экономисты предупредили, что «эти назначения наносят тяжелый удар по устойчивости экономики Израиля и ее безопасности».

Хотя критика назначения оправдана, предупреждения экономистов несколько преувеличены. Во-первых, в ближайшие недели ожидается, что юридический советник правительства объявит о вступлении в предвыборный период, в котором существуют значительные ограничения на политическую деятельность министров, и возможность переводить и направлять секторальные бюджеты снижается почти до нуля. Также способность Малахи производить структурные изменения в структуре министерства финансов гораздо ниже, когда все главы департаментов видят дату окончания его работы с завершением срока полномочий правительства. Даже если Малахи попытается осуществить драматические изменения, чиновничий аппарат минфина, как ожидается, применит постоянную тактику «размывания, торпедирования, очернения», как назвал это бывший гендиректор минфина Шай Бабад.

Вторая причина, по которой назначение Малахи вряд ли создаст реальные изменения в работе минфина, заключается в том, что Малахи — это своего рода «политический чиновник», который предпочитает заниматься заботой о финансировании религиозно-сионистского молодежного движения, чем говорить абстрактно и теоретически о «глубинном государстве» (deep state). Согласно этому утверждению, хотя у Малахи есть план по повышению прозрачности в бюджетном департаменте, для него важнее получить деньги на защиту поселений. Чиновники бюджетного департамента описывают, что в конечном итоге форма работы с Малахи в большинстве случаев не «конфронтационная», а основана на «сотрудничестве» по принципу «ты — мне, я — тебе».

Вместе с тем, нужно помнить, что Малахи не одинок. Смотрич выстроил сейчас очень уникальный состав в министерстве финансов. Наряду с Малахи есть новый-старый главный аудитор Михаль Абади-Боянджо, которая считает, что нужно уменьшить силу бюджетного департамента, есть заместитель гендиректора Юрай Мацлауи, для которого был создан департамент национальной стратегии (Мацлауи фактически является единственным главой департамента, подчиненным гендиректору), и есть новый ответственный за бюджеты, от которого Смотрич ожидал «свежего духа». Остается надеяться, что если все они решат в ближайшие месяцы возглавить структурные изменения в министерстве финансов, они сделают это, не нанося вреда профессиональным департаментам министерства финансов, которые в целом функционируют в последние десятилетия впечатляющим образом.

Наряду с привычкой Смотрича не назначать экономистов на должность гендиректора, стоит упомянуть еще одну привычку, которую Смотрич соблюдает с особой тщательностью — а именно не назначать женщин на высокие должности, если только его к этому не принуждают и это не позволяет ему назначить мужчину на другую должность. Эта привычка очень затруднила ему назначение Махрана Фрозенфера на должность ответственного за бюджеты, и есть те, кто предсказывает, что и при назначении Малахи он столкнется с этой юридической проблемой. Тем не менее, нельзя игнорировать тот факт, что на этот раз у Смотрича есть смягчающие обстоятельства: график сейчас очень сжат из-за приближающихся выборов, и в отличие от предыдущих гендиректоров, Смотричу не составит труда объяснить, что Малахи — это уникальное сочетание человека, знающего министерство финансов и его политику, и что нет женщины с подобным набором специфических навыков. Назначение Малахи пополнит длинный список вещей, которые юристы не могут предотвратить, и снова напомнит нам, что для того, чтобы получить достойных лидеров и руководителей, мы должны быть активными и вовлеченными гражданами.