Битва за Ормуз: как США планируют разблокировать стратегический пролив

«Корпус стражей исламской революции считает, что если они потеряют контроль над Ормузским проливом, Иран проиграет войну», — цитирует агентство Reuters высокопоставленного иранского чиновника, который успешно резюмировал состояние кампании. Ежедневно на Иран обрушиваются массы бомб и боеприпасов, поражая военные и правительственные цели по всей стране. Несмотря на это, успех Ирана в создании реальной угрозы стратегическому судоходному пути является главной головной болью администрации США на данный момент.

Ормуз в течение многих лет воспринимался как иранское «оружие Судного дня»: способность парализовать движение по морскому пути, через который проходит около пятой части мировых поставок нефти. Предполагалось, что это палка о двух концах, так как сам Иран зависит от экспорта нефти через него. Однако на этот раз, понимая, что это борьба за выживание режима, Иран реализовал угрозу и одновременно превратил пролив в политический инструмент: иранские танкеры продолжают экспортировать нефть через него, и наряду с этим Тегеран выборочно предоставляет разрешения на проход Индии, Турции и другим судам.

На прошлой неделе паника на рынках привела к скачку цены за баррель нефти марки Brent выше 120 долларов, которая с тех пор скорректировалась до района 100 долларов. Но давление на администрацию продолжает расти: цены на топливо в США ползут вверх, и в администрации признают, что флот всё еще не готов сопровождать танкеры через пролив. В репортаже CNN утверждалось, что закрытие пролива застало администрацию врасплох, но пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт назвала этот репортаж «фейковыми новостями» и заявила, что этот сценарий был частью планирования «задолго до того, как началась операция "Мощный гнев"».

Независимо от того, подготовилась ли администрация должным образом к этой угрозе, которой иранцы размахивали годами, сейчас она вынуждена предпринимать шаги на местах, а также немного изменить свою риторику. На прошлой неделе Дональд Трамп объявил о плане покрытия расходов на страхование танкеров, пересекающих пролив, через американскую корпорацию и пообещал, что ВМС будут сопровождать танкеры «как можно скорее». Однако атаки на танкеры, нефтяные и энергетические объекты в регионе продолжились, и торговый путь остается парализованным.

В субботу Дональд Трамп отдал приказ о нанесении ударов по военным целям на острове Харг — сердце иранской экономики, через который экспортируется 90% её нефти. Дональд Трамп подчеркнул, что нефтяная инфраструктура на острове не пострадала, но пригрозил, что если Иран продолжит препятствовать судоходству, «он подвергнется атаке такого уровня, которого никогда не видел» — явная угроза экономическому якорю не только режима, но и любого иранского государства в будущем. Параллельно министр обороны Пит Хегсет подтвердил отправку амфибийных сил в регион во главе с десантным кораблем «Триполи» и подразделением морской пехоты, включающим около 2200 морпехов, самолеты F-35 и вертолеты Osprey, которые, как ожидается, прибудут в течение двух недель. Но, возможно, больше всего заметно изменение тона: если в начале войны Дональд Трамп заявлял о полной победе и утверждал, что ему не нужны даже британские авианосцы, то вчера он призвал Китай, Францию, Японию, Южную Корею и Великобританию прислать военные корабли. «Страны, получающие нефть через Ормуз, должны позаботиться об этом проходе, и мы поможем, очень сильно», — написал он.

Безэкипажные катера, БПЛА и береговые ракеты Следует отметить, что Иран не закрыл пролив физически в том смысле, что его корабли стоят в его узкой точке шириной 34 км и запрещают проход. Конвенциональный иранский флот в подавляющем большинстве был уничтожен или выведен из строя в результате систематической американской охоты на него. Однако он создал надежную угрозу движению таким способом, который вообще не требует кораблей: сочетание БПЛА, противокорабельных ракет, дистанционно управляемых безэкипажных катеров, начиненных взрывчаткой, и морских мин. Этой угрозы оказалось достаточно, чтобы компании морского страхования, а за ними и судоходные компании, прекратили навигацию в этом районе.

Согласно отчету, опубликованному вчера Объединенным морским информационным центром (JMIC), с начала боевых действий было подтверждено 20 морских инцидентов против коммерческих судов и морской инфраструктуры в Персидском заливе, Ормузском проливе и Оманском заливе; по данным Международной морской организации, погибли по меньшей мере шесть членов экипажа. Результат говорит сам за себя: движение в проливе упало с примерно 138 судов в день до всего лишь двух.

Прецедент 80-х годов Наиболее обсуждаемым вариантом является сопровождение танкеров кораблями ВМС США. Однако его реализация сталкивается с трудностями: силы США сейчас заняты наступательными задачами, пролив узок, а время реакции короткое. Офицеры ВМС США предупредили в Wall Street Journal, что БПЛА и противокорабельные ракеты могут превратить его в «зону уничтожения» для американских моряков.

США сопровождали танкеры в заливе и в 80-е годы, в ходе операции «Искренние намерения» (Earnest Will) во время ирано-иракской войны, но и тогда операция была выборочной и ресурсозатратной, а с тех пор на арене появились БПЛА и безэкипажные катера, которые делают задачу гораздо сложнее. И даже если такое сопровождение начнется, оценки трезвые: по данным морской аналитической компании Lloyd's List, трафик достигнет максимум 10% от своего обычного уровня.

Генерал-лейтенант (в отставке) Джон Дженсен, ушедший из морской пехоты в 2021 году, занимал должность заместителя командующего корпусом по строительству сил и бюджету и командовал амфибийными силами того типа, которые сейчас направляются в регион. Сегодня он является старшим советником израильского оборонно-технологического фонда Kinetica.

В беседе с «Исраэль Хайом» он подчеркивает, что Центральное командование США (СЕНТКОМ) «безусловно готово с точки зрения планирования и разведки к сценариям обеспечения свободы судоходства в Ормузском проливе», и что многие условия уже достигнуты: «Установлено превосходство в воздухе, а иранский флот почти полностью стерт. То, что происходит сейчас, — это вопрос размещения сил для выполнения необходимых действий». Но Дженсен, знающий уроки операции «Искренние намерения», подчеркивает, что нельзя думать об этом как о простой операции по сопровождению. «Мины, как только они развернуты, являются главной проблемой. Нужно уничтожить лук, а не пытаться защититься от всех стрел, и для этого требуются силы специальных операций и морская пехота, которые уничтожат точки запуска».

Захват береговой линии: «Сапоги на земле» В свете этого вторым выдвигаемым вариантом является захват иранской береговой линии, её удержание и предотвращение угрозы с неё для движения в заливе и проливе. Сам Дональд Трамп уже угрожал массированными бомбардировками побережья, которые начались уже в первые три недели операции. Но вызов огромен: иранская береговая линия в Персидском заливе тянется на сотни километров по гористой и сложной местности, и Иран контролирует семь стратегических островов в самом проливе и заливе. Это не говоря уже о том, что это будет означать «сапоги на земле» — американскую травму от лет войны на Ближнем Востоке.

Дженсен, который сам командовал подобными амфибийными силами в качестве командира экспедиционной бригады морской пехоты, описывает экспедиционное подразделение как «один из самых эффективных инструментов, имеющихся у американского командира, потому что оно может сражаться в море, с моря и на суше». По его словам, такая сила может «захватывать ключевые точки на берегу и брать под контроль корабли в открытом море. Она не может обезопасить пролив в одиночку, но она дает силы, без которых это невозможно сделать».

Следует помнить, что даже захват побережья может не устранить угрозу полностью: у Ирана есть ракеты и БПЛА большой дальности, которые могут достигать целей из глубины страны. Таким образом, задачей станет полный разгром иранских военных возможностей на всем юге страны.

Еще один вариант, обсуждаемый в администрации, — захват самого острова Харг, сердца иранской нефтяной промышленности. Согласно сообщению Axios от 7 марта, высокопоставленные чиновники администрации обсуждали возможность захвата острова, через который экспортируется около 90% иранской нефти. Сенатор Линдси Грэм от Южной Каролины, которого иногда называют «приближенным к Дональду Трампу», написал вчера: «Редко на войне враг предоставляет вам одну цель, которая может кардинально изменить исход конфликта», и добавил: «Тот, кто контролирует Харг, контролирует судьбу этой войны».

Помимо захвата острова путем высадки сил с моря или воздуха, проблемой станет и его удержание ввиду близости к иранскому берегу — всего около 25 км, что ставит его в зону досягаемости ракет, БПЛА и артиллерии. Любым американским силам, размещенным на острове, потребуется непрерывная система обороны и длинная цепочка поставок.

«Повысить ставки» Однако, несмотря на риски, американский контроль над Харгом даст Вашингтону огромный рычаг экономического давления на Тегеран, который может убедить режим отказаться от контроля над проливом, возможно, в рамках более широкого соглашения, в котором США потребуют условий, поставленных Ирану еще до войны: отказ от ядерной программы и прекращение поддержки террористических организаций в регионе.

Сколько времени это займет? «Военные операции всегда занимают больше времени, чем ожидается, и уж точно больше, чем хотелось бы», — говорит Дженсен. «Операция закончится, когда мы убедим Иран, что продолжение атак больше не служит выживанию режима. Вероятно, это потребует повышения риска. Какими именно будут риски, мы еще увидим, но они определенно будут включать в себя большие международные обязательства и интенсивное давление».

То самое высказывание иранского чиновника, с которого мы начали, работает и в обратном направлении. С точки зрения Тегерана, пока США не удается открыть пролив, они не могут объявить о победе. Иран, несмотря на систематическое уничтожение его военной мощи, ведет войну за выживание, в которой само его выживание будет считаться успехом, и он рассматривает полученные удары как такие, которые произошли бы, даже если бы он не закрыл пролив. Сейчас он стремится доказать, что его угроза мировой экономике реальна, и навязать окончание войны путем урегулирования, а не прекращения огня или затухания в «раунды боевых действий». В определенной степени США попали в стратегическую засаду в Ормузском проливе, и они будут обязаны в ней победить.