«Это не был бизнес-конфликт — моего брата убили ни за что»
Родственники адвоката Арбеля Фельдмана, убитого в Ришон-ле-Ционе, требуют восстановить справедливость в отношении его памяти и возмущены публикациями, пытавшимися связать его с финансовым спором с подозреваемым в убийстве: «Арбель действовал по закону». «Ничто в его поведении в последние дни не указывало на то, что он чего-то опасается».
«Моего брата убили просто так. Ничто его не вернет. Но, вопреки тому, что утверждалось, подоплека — не бизнес-конфликт. Его убили ни за что», — с болью говорит Гонен Фельдман, брат адвоката Арбеля Фельдмана, который был застрелен во вторник в своем офисе в Ришон-ле-Ционе. По подозрению, преступление совершил Ахмад Аль-Раджуб, клиент Фельдмана по иску о дорожно-транспортном происшествии.
Члены семьи Фельдмана пребывают в шоке от его внезапной и насильственной смерти. Они намерены дать отпор тому, что называют «дополнительной несправедливостью» — попытке связать убийство с бизнес-конфликтом. «Между Арбелем и убийцей не было никакого бизнес-конфликта, — говорит его брат Гонен. — Если конфликт и был, то между убийцей и другим человеком. Мой брат не был его частью».
По словам семьи, публикации после убийства создали ложное впечатление, будто Фельдман был вовлечен в финансовый спор с клиентом. «Мы даже не знаем, каковы были детали дела, — говорит Гонен. — Но мы знаем, как происходят такие вещи».
«Арбель работал по закону, точка, — разъясняет он. — Когда присуждается компенсация, деньги поступают на доверительный счет и передаются тому, кому закон и документы предписывают их передать. Адвокат не решает, кому будут переданы деньги, не может использовать их и не может распоряжаться ими по своему усмотрению. Даже если кто-то очень хочет, чтобы деньги перешли к нему — Арбель не мог действовать вопреки закону».
«Я подумал: нет шансов, что это он»
Вчера мировой суд в Ришон-ле-Ционе продлил срок содержания под стражей Аль-Раджуба, 23-летнего жителя Рамле. Его адвокат, Орен Сасон, утверждал, что подзащитный невменяем. В ходе проверки на пригодность к аресту Аль-Раджуб был признан вменяемым, но еще не был направлен на психиатрическое освидетельствование.
Адвокат Фельдман оставил после себя жену и троих детей. На следующей неделе члены расширенной семьи готовились лететь в отпуск в Черногорию. По словам Гонена, «в прошлую пятницу мы все сидели на семейном обеде. Мы смеялись, наслаждались, радовались. В воскресенье я говорил с ним. Ничто в его поведении не указывало на то, что он чего-то опасается».
«Когда я услышал в новостях, что в Ришон-ле-Ционе убит адвокат, имя Арбеля пришло мне на ум — и тут же ушло. Я подумал, что нет никаких шансов, что это он. Если бы ему угрожали, если бы он был вовлечен в какой-то конфликт, мы бы знали. Мы очень близкая семья. Работаем вместе, постоянно общаемся. Ничего подобного не было».
В семье описывают человека, который соблюдал каждое правило, даже когда это касалось самых близких ему людей. «Даже когда дело касалось нас, — рассказывает Гонен, — если нам нужно было подписать документ, он требовал, чтобы мы приехали к нему и подписали в его присутствии. Он не срезал углы, даже ради членов своей семьи».
Отец Фельдмана, Исраэль, добавляет: «Когда он получал для меня деньги на доверительное хранение, он не передавал их мне просто так. Я должен был приехать, подписать и получить их согласно процедурам. Это был мой сын. Это был закон».
По словам членов семьи, именно эта бескомпромиссная принципиальность делает публикации о «бизнес-конфликте» особенно болезненными. «Нет убийства, у которого есть смысл, — говорит Гонен, — но здесь речь идет об убийстве, лишенном всякой логики».
«Он жил, чтобы помогать людям и делать добро, — говорит его брат. — Мы просим только об одном: чтобы восторжествовала справедливость. И чтобы не пытались изобразить его человеком, который был частью конфликта, который не был его».
Адвокат Сасон сообщил, что Аль-Раджуб совершил это деяние после телефонных угроз в адрес адвоката Фельдмана, после того как ему была присуждена денежная сумма вследствие аварии, которую он перенес три года назад. Также он сообщил: «Мой подзащитный не в здравом уме. Его отец сказал мне: "Если бы я знал, каковы его намерения — я бы не дал ему выйти". Он пытался призвать его в ЦАХАЛ любой ценой».
«Нужно изменить закон, согласно которому адвокаты в сфере возмещения ущерба получают на руки деньги, присужденные судом, прежде чем они передаются клиенту».
