Что может заставить доллар совершить камбэк?
После того как американская валюта сменила префикс с 3 на 2 шекеля, она продолжает ежедневно дешеветь, и признаков скорого прекращения этого тренда пока нет. Эксперты анализируют факторы, которые могут привести к развороту курса.
Более 30 лет мы не видели столь низкого курса доллара к шекелю. Более двух недель назад американская валюта сменила префикс с 3 на 2, и с тех пор кажется, что дно еще не достигнуто. В среду курс упал ниже 2,91 шекеля за доллар, а репрезентативный курс был установлен на уровне 2,903.
Во вторник доллар вновь подешевел на 1% по отношению к шекелю, до уровня 2,92. Тем самым американская валюта завершила падение более чем на 8% с начала года и обвал почти на 20% по сравнению с пиковыми значениями июня прошлого года. Существуют ли факторы, способные изменить этот тренд? Эксперты сходятся во мнении, что тенденция к укреплению шекеля очевидна, однако обрисовывают сценарии, которые могут переломить ситуацию.
«Факторы, поддерживающие сильный шекель, нам известны: в Израиле наблюдаются огромные прямые инвестиции, создается эффект богатства, провоцирующий конвертацию долларов в результате экзитов в хайтеке, а также деятельности самих предприятий», — говорит Моди Шафрир, главный стратег по финансовым рынкам в банке «Апоалим». Он добавляет: «Институциональные структуры продолжают сокращать свое присутствие в иностранной валюте. У нас нет официальных данных от Банка Израиля, но, согласно опубликованным оценкам, они снизили долю иностранных активов до 17%–18% с 25% в конце 2024 года».
«Банк Израиля не вмешивается и не заявляет о намерениях вмешаться»
Наряду с этим Шафрир подчеркивает: «На зарубежных биржах наблюдается резкий рост. То, что повлияло на рынок сегодня — это умеренный оптимизм в отношении Ирана и надежда инвесторов на то, что этот вопрос будет урегулирован. Это привело к росту котировок на зарубежных площадках, что также укрепляет шекель по отношению к валютной корзине. Существенно то, что Банк Израиля в данный момент не вмешивается в торговлю валютой и не заявляет о подобных намерениях. В прошлом, при более высоких курсах доллар-шекель, регулятор объявлял о поддержке доллара, чтобы помочь экспортерам».
Что может изменить текущую динамику? Шафрир отмечает вероятность «резкого падения на глобальных рынках». По его словам, Банк Израиля может изменить тренд, запустив программу покупки валюты объемом 30–40 миллиардов долларов, исходя из понимания, что текущая ситуация вредит экономике и экспорту. Также к ослаблению шекеля может привести сценарий эскалации войны с Ираном, которая повлечет за собой обвал на мировых финансовых рынках.
Еще один вопрос, по его словам, — это изменение стратегии институциональных инвесторов, которые могли бы увеличить долларовое присутствие, однако эксперт не считает это вероятным сценарием в текущих условиях.
Йонатан Кац, главный экономист Leader Capital Markets, также отмечает два основных фактора, способных вызвать возобновление укрепления доллара в мире. «Первый — это эскалация в отношениях с Ираном или другое геополитическое событие (например, захват Тайваня), что вызывает феномен flight to safety — бегство в безопасную валюту. Второй — резкий рост данных по инфляции в США на следующей неделе, что повысит вероятность повышения процентной ставки ФРС».
«Отделить институционалов от механизма обменного курса»
Йоси Фрайман, генеральный директор Prico Risk Management, Finance and Investments, добавляет, что изменить тенденцию может и министерство финансов. «Минфин может закупать валюту против своих эмиссий за рубежом, фиксируя часть долга в шекелевом выражении. Это действие является естественным с точки зрения хеджирования и управления рисками. С точки зрения спроса и предложения появится фактор, обеспечивающий спрос, а это именно то, чего не хватает рынку, и здесь требуются экстренные меры».
Долгосрочное решение, по его словам, заключается в «перенаправлении деятельности институционалов за пределы механизма обменного курса в Израиле. Пенсионные накопления огромны. Например, трек S&P 500, в который население вкладывает средства, является колоссальным и долгосрочным — почему он должен влиять на текущую деятельность? Почему бы не перевести это в трек, аналогичный капитальным фондам (OCI)? Это означает, что все изменения обменного курса, срок которых не наступил, не относятся на прибыли и убытки, а являются лишь статьей в собственном капитале. Необходимо нейтрализовать долгосрочную деятельность институциональных структур в механизме, определяющем обменный курс».
