Давид Келтинс: «Четыре года я выживаю, это дается мне естественно»
Игрок «Ирони Тверия» Давид Келтинс рассказал о непростом сезоне, борьбе за выживание в лиге и своем опыте игры в Шотландии. Также футболист поделился воспоминаниями о работе с Жозуэ в «Хапоэль Беэр-Шева», включая ранее неизвестный инцидент с наложением швов.
Игрок «Ирони Тверия» Давид Келтинс пришел в студию Walla, чтобы обсудить необычный сезон, сохранение места в лиге на фоне суровых дисциплинарных санкций, а также вспомнить свой период в Шотландии и яркие моменты игры с Жозуэ в «Хапоэль Беэр-Шева».
О сезоне выживания в Тверии
«Я думаю, что при всех обстоятельствах это невероятный путь. Перед началом сезона мы знали, что у нас хорошая команда, и я ни на секунду не допускал мысли о вылете. Но, учитывая развитие событий, результат стал чем-то особенным. Это не только минус 8 очков; с ноября заголовки трубили, что Тверия будет наказана, но никто ничего не знал до апреля, до первого слушания. На каком-то этапе Элиран Худеда сказал нам, что наказания в этом году, скорее всего, не будет. А потом мы получили этот удар — внезапно минус 8 очков».
На вопрос о том, были ли нарушения обоснованными, Келтинс ответил:
«Игроки никогда не знают, что происходит в бюджетном контроле. Мы к этому не причастны. Ты ведешь переговоры о суммах контракта, обычно в нетто, и не знаешь, каковы затраты работодателя. Есть ли у них льготы, или это какой-то проект — ты не знаешь точно, как это работает. В конце концов, я плачу полный налог».
Келтинс высоко оценил действия руководства клуба:
«Арье и Мики — это одна из причин, почему я решил остаться еще на сезон. Это владельцы, которых ты знаешь лично, с которыми можно поговорить перед игрой. Они действительно связаны с командой и игроками, они честны во всем, поэтому люди так привязываются к клубу».
О команде и условиях
«У нас много недооцененных игроков, которые могли бы вписаться в любую команду лиги, но они находятся вне радаров. Гай Хадида провел сезон как Месси в прайме, также великолепны Даниэль Голани и Рон Унгер. Просто о Тверии меньше говорят, поэтому их не замечают».
О бытовых условиях в клубе игрок отозвался с иронией:
«Условия стали лучше после переезда на новый строящийся стадион. Но мы платим цену за стройку: на каждой тренировке слышно сверление, раскопки, ты находишься рядом с трактором и вдыхаешь пыль. Идо Шарон говорит, что даже не дышит во время занятий из-за этого».
О будущем и опыте в Шотландии
«Я человек оптимистичный, и если будет собрана хорошая команда, я готов бороться. Четыре года я выживаю вопреки всему: в «Хапоэль Тель-Авив» мы были в шаге от вылета, в Шотландии с «Сент-Джонстоном» боролись до последнего тура, в Тверии — та же история. Я привык к этому, слава Богу, я выживаю, это дается мне естественно».
Сравнивая израильский футбол с шотландским, Келтинс отметил высокую интенсивность последнего:
«Там игроки — настоящие солдаты. В Израиле, если ты много бегаешь на тренировках, ты кажешься исключительным. В Шотландии тоже перебарщивают с нагрузками, но никому нет дела, поэтому там часто травмируются. В больших клубах работают иначе, там больше игр, поэтому тренировки не превращаются в изнурительный рабочий день».
О Жозуэ
«Он самый талантливый игрок, которого я видел. Технически — гений, наносит 30 ударов после тренировки, и все в «девятку». Но в голове он просто сумасшедший. Он сам говорил, что если бы не футбол, то, скорее всего, оказался бы в тюрьме».
Келтинс поделился историей, которая ранее не попадала в СМИ:
«Мы были на выезде в Албании. В ночь его рождения мы решили зайти к нему в номер поздравить. Он начал кричать, взбесился, а потом открыл дверь и разбил об нас два стеклянных стакана. Бедному Илаю Мадмону стекло попало в стопу, наложили швы, и он выбыл на две-три недели. Может, Жозуэ подумал, что мы пришли его побить».
