Финансирование ешив в условиях кризиса призыва: как мир Торы адаптируется к новым реалиям
Постановление БАГАЦа об отмене бюджетного финансирования ешив для студентов, подлежащих призыву, спровоцировало масштабный экономический кризис в ультраортодоксальном секторе. Чтобы выжить, общины перестроили систему сбора средств, активизировав доноров в Израиле и за рубежом, однако этот процесс обнажил глубокий социальный раскол.
Кризис вокруг закона об освобождении от призыва и последующее сокращение государственного финансирования ешив, вызванное решениями БАГАЦа и позицией юридического советника правительства, привели к настоящему землетрясению в мире Торы. Ешивы и колели, значительная часть бюджета которых до недавнего времени опиралась на государственную поддержку — особенно для учащихся в возрасте от 18 до 26 лет, — оказались в критическом положении. Потеря прямого финансирования наряду с отменой льгот на муниципальный налог (арнону) и оплату детских садов создала бюджетную дыру, угрожавшую парализовать работу целых учреждений.
История показывает, что в ультраортодоксальном мире кризисы часто становятся катализатором реорганизации. Ответ на сокращения последовал незамедлительно: были созданы новые фонды и запущены интенсивные кампании по сбору средств, изменившие ландшафт еврейской филантропии. Чтобы понять, как функционирует эта система, необходимо проанализировать сложную структуру взаимодействия меценатов, доноров и раввинов.
В условиях кризиса экономическое руководство взяли на себя лидеры литовского направления — раввин Дов Ландо и раввин Моше Гиллель Хирш. Несмотря на преклонный возраст, они совершили ряд поездок по миру для создания «Фонда мира Торы» (Керен Олам ха-Тора). Цель инициативы проста: компенсировать каждому учреждению в Израиле сумму, урезанную государством.
Сегодня фонд оперирует огромными средствами, оцениваемыми примерно в 120 миллионов шекелей в год. За кулисами привлечения доноров стоят влиятельные меценаты, во главе с Реувеном Вольфом и Шимоном Гликом. В списке жертвователей — десятки «гвиров» (богачей), обеспечивающих финансовый фундамент фонда. По оценкам, основные доноры переводят не менее пяти миллионов долларов ежегодно каждый. Деятельность ведется через престижные конференции, где миллионеров призывают к масштабным пожертвованиям. Многие меценаты также реализуют собственные проекты; например, у Шимона Глика есть отдельный фонд, жертвующий десятки миллионов долларов различным учреждениям.
Ешивы, справляющиеся самостоятельно
Не все ешивы зависят от новых доноров. Историческая ешива Поневеж, одна из важнейших в литовском мире, опирается на собственные активы, включая кладбище, приносящее основной доход. Ешива Мир — крупнейшее религиозное учреждение страны, чей государственный бюджет в 2024 году составил около 45 миллионов шекелей (наряду со 117 миллионами, поступившими из-за рубежа), пользуется поддержкой мецената Шломо Иегуды Рехница и других богатых людей.
В хасидском секторе ситуация иная. В отличие от литовской общины, где доля аврехов (женатых студентов), обучающихся долгие годы, максимальна, в хасидских общинах принято вступать в брак раньше (в 18–19 лет). Они получают господдержку как несовершеннолетние до 18 лет, а после свадьбы многие выходят на рынок труда. Тем не менее, хасидские колели также получают доплаты от «Фонда мира Торы». Параллельно с этим крупные хасидские дворы, такие как Гур, создали специальные фонды для внутреннего обеспечения своих учреждений.
«Новый раввин Канеман»
Одним из ярких явлений стала сеть учреждений «Атерет Шломо» под руководством раввина Шалома Бера Сороцкина. Моше Трейтель, ментор некоммерческих организаций, объясняет секрет успеха Сороцкина: «До его прихода литовские ешивы были запущенными. Он принес метод, согласно которому все должно быть великолепно: мрамор, люстры, высокий уровень комфорта. У него много особенных доноров».
Трейтель описывает Сороцкина как смелого предпринимателя, не знающего комплексов в сборе средств ради Торы. Он умеет баловать доноров, ездит к ним перед праздником Суккот с великолепными этрогами и использует творческие подходы. «Он, по сути, раввин Канеман нового поколения», — считает Трейтель, имея в виду основателя ешивы Поневеж. Сороцкин делает ставку на роскошь, мечтает по-крупному и инвестирует в строительство жилья для учащихся.
Раскол с религиозным сионизмом
Внутри Израиля наблюдается процесс, который выглядит как острый социальный кризис, влияющий на финансирование. «Сегодня люди в вязаных кипах очень злы на ультраортодоксов», — отмечает Трейтель. «Им трудно принять тотальное ультраортодоксальное мировоззрение, особенно когда они жертвуют лучшими из своих сыновей, и тяжелые утраты бьют по ним». По словам эксперта, около 20 процентов доноров из религиозно-сионистской среды прервали контакты с ультраортодоксальными фондами.
Трудности в США
Ситуация в США не менее сложна. Раввин Эльханан Попко, живущий на Манхэттене, отмечает, что поток денег в Израиль вызывает напряженность у местных общин: «Люди чувствуют, что большая часть средств уходит в Израиль, и задаются вопросом: а как же мы?». Кроме того, существует идеологический разрыв. Вопреки стереотипам, значительная часть ультраортодоксов в США симпатизирует ЦАХАЛу. Однако существует и сильная антисионистская фракция, возглавляемая общиной Сатмар, которая жертвует средства только тем учреждениям, которые категорически отказываются от денег государства.
Ответственность друг за друга
Помимо внешней помощи, существует мощный экономический двигатель внутри самого ультраортодоксального сектора: пожертвования аврехов аврехам. Трейтель подчеркивает: «Люди не понимают, сколько денег циркулирует внутри общины. Ультраортодоксальная логика гласит: чем меньше у людей есть, тем больше они жертвуют. Люди видят в Торе саму жизнь». В этой ситуации мир ешив далек от краха, однако остается открытым вопрос: как долго меценаты за океаном смогут продолжать финансирование, которое изначально задумывалось как временная мера.
