Гангстеры, фанаты «Девочек Гилмор» и путешествия во времени: почему фильм «Майк & Ник & Ник & Элис» кажется сумбурным

Любите Винса Вона в комедиях жанра «бадди-муви» 2000-х годов, таких как «Незваные гости»? А как насчет сурового Винса Вона в фильмах С. Крэйга Залера десятых годов — «Драка в блоке 99» или «Закатать в асфальт»? Так почему бы не получить обоих сразу? А заодно пусть это будет фильм, который одновременно является бадди-муви, романтической комедией, боевиком, криминальной драмой и научной фантастикой. Если это звучит как «чересчур», то, вероятно, потому, что «Майк & Ник & Ник & Элис» (Mike & Nick & Nick & Alice) — это действительно немного чересчур. И кстати, я забыл упомянуть, что на самом деле это история о раскаянии и преодолении ревности, которую герой проходит перед лицом своего двойника из будущего.

Режиссер и сценарист Бен-Дэвид Грабински, родившийся в 1983 году, без сомнения, возвращается здесь к источникам влияния своего детства. Лента вышла на Disney+ как пример фильмов, пополнивших библиотеку корпорации после покупки «20th Century Studios». К картине можно относиться как к варианту для необязательного просмотра: отдельные моменты развлекают, но в целом фильм слишком старается быть всем сразу, при этом ни одна из составляющих не выполнена по-настоящему глубоко.

Первый акт кажется немного запутанным, но постепенно сюжет проясняется. Второй и третий акты уже не столько загадочны, сколько предсказуемы в слегка разочаровывающей манере. На фоне вступительных титров показывают татуированного ученого (Бен Шварц), который совершает неясное технологическое действие с «квантовыми стабилизаторами», напевая «Why Should I Worry?» Билли Джоэла. Это будет не единственный «Needle Drop» (использование известной песни) в фильме, и не единственный раз, когда музыка озвучивает идеи, которыми заняты герои. Как поется в песне Джоэла: «Почему я должен волноваться? Скажи мне... У меня нет ни гроша, но есть уличная смекалка».

Возможно, эти слова неплохо описывают главного героя Ника (Вон), гангстера на службе у большого босса Созы (Кит Дэвид). В финале звучит «Don't Look Back in Anger» группы Oasis, что перекликается с путем, который проходит Ник. У него прохладные отношения с женой Элис (Эйса Гонсалес), и кажется, что их больше ничего не связывает. Параллельно Элис находится в страстной связи с Майком «Быстрым стрелком» (Джеймс Марсден), партнером Ника по выполнению поручений. Майк и Элис надеются, что Ник не знает об их романе, но он не тот человек, который воспримет это благосклонно.

По причинам, которые не разъясняются, Майку надоела преступная жизнь, и он собирается ее оставить. В ночь, ставшую центральной осью сюжета, босс Соза отмечает освобождение своего сына «Джимми Боя» после шести лет тюрьмы. У вечеринки будет несколько этапов — «афтерпати» и «афтер-афтерпати», где и развернутся основные события. Персонаж «Джимми Боя» и его отношения с любящим отцом забавны в контексте фильма, который не воспринимает себя слишком серьезно.

Здесь — небольшое предупреждение о спойлере: Майк ожидает Элис в отеле, но до ее прихода Ник вызывает его на разговор, который оказывается заданием. «Последнее дело» Майка принимает сюрреалистический оборот, когда выясняется, что человек, которого нужно усыпить хлороформом, — это сам Ник. Или, точнее, другая его версия.

Выясняется, что здесь есть научно-фантастическая концепция: два Ника — из настоящего и из будущего, вернувшийся на полгода назад. Более поздний Ник пытается остановить цепочку событий той ночи, нейтрализовав свою версию из настоящего. Как научно-фантастическая история фильм развит слабо. Технологии здесь не главное, и если воспринимать концепцию всерьез, возникает множество вопросов, о которых Грабински, кажется, не подумал до конца. Например, если пострадает Майк, миссия Ника из будущего провалится. А если пострадает Ник, то пострадает и он сам через шесть месяцев. Сценарий не пытается всерьез исследовать парадоксы путешествий во времени.

Суть дела, по крайней мере в попытке придать фильму глубину, заключается в возможности противопоставить две версии одного человека. Вещи, которые Ник из настоящего сделал в ту ночь, беспокоят Ника из будущего. Сожаления о том, что невозможно исправить, получают второй шанс — по крайней мере, в теории.

Эта серьезная тема существует как эскиз внутри фильма, значительные части которого посвящены комическим фишкам в духе 90-х. Мы получаем много «мета-разговоров» в стиле Тарантино: например, целый диспут о том, кто из партнеров Рори Гилмор в сериале «Девочки Гилмор» был наиболее достоин ее. Кое-что из этого мило, но невозможно не почувствовать вторичность источника влияния.

Прошло более 30 лет со времен «Криминального чтива», и теперь мы перешли от режиссеров, подражавших Тарантино в 90-х, к тем, чьи диалоги стали частью их культурного кода. Как часть этой смеси присутствуют черно-белые флешбэки и насилие. Это не забавно-тревожный стиль, а «over-the-top» экшен, напоминающий «Козырных тузов» или «Пристрели их». Моральный процесс, который проходит Ник, пытаясь не навредить Майку, не останавливается на станции, где ликвидация десятков людей считается моральным изъяном. Ну и ладно.