Инженерные войска ЦАХАЛа укрепляют позиции на реке Литани
Бойцы 603-го инженерного батальона ЦАХАЛа продолжают строительство оборонительных рубежей в глубине южного Ливана. Несмотря на режим прекращения огня, подразделение ежедневно ведет работу по расчистке территории и уничтожению инфраструктуры «Хезболлы».
Глаза бойцов, воспаленные и покрытые пылью, устремлены на воды реки Литани на юге Ливана. Река, текущая в относительной тишине, не отражает бурной войны, которая продолжается на ее берегах даже в условиях прекращения огня. Это топографически сложный участок: огромные скалы, валуны и густые заросли на горных склонах. Здесь, примерно в 11 километрах от границы, бойцы 603-го инженерного батальона 7-й бригады 36-й дивизии работают без перерыва.
В то время как в тылу ощущается затишье, для этих бойцов, не видевших дома долгие месяцы, прекращение огня — лишь очередная глава в опасной работе по прокладке маршрутов. Политико-оперативная реальность на юге Ливана переживает драматический эксперимент: запущена пилотная программа, в рамках которой силы ливанской армии вошли в три деревни, а из одной из них подразделения ЦАХАЛа уже вышли. В системе безопасности с тревогой наблюдают за ходом эксперимента, оценивая способность ливанской армии предотвратить возвращение террористов «Хезболлы». Но здесь, на хребтах Литани, бойцы не питают иллюзий, понимая, что исход ситуации зависит от способности ЦАХАЛа удерживать линию обороны в случае провала пилота.
Форсирование реки
Форсирование Литани считается одной из самых сложных и опасных операций с начала кампании. Несколько месяцев назад силы 98-й дивизии пытались пересечь реку, но столкнулись с засадой, были вынуждены оставить технику и отступить. Когда 36-я дивизия и 603-й батальон прибыли в ту же точку спустя два месяца, они действовали на основе тщательного тактического планирования.
«"Хезболла" проанализировала топографию и поняла, что все движение должно стекаться к мосту к западу от изгиба Литани, — описывает подполковник Р. (37 лет), командир 603-го батальона. — Весь район контролировался с вершин холмов: наблюдательные пункты, взрывные устройства, дроны и стрельба по навесной траектории. Войти туда было классической засадой».
Батальон не отступил: под огнем и градом дронов-камикадзе бойцы прокладывали путь к переправе. В одной из попыток взорвалось устройство на бульдозере, в другом инциденте погиб боец подразделения. Драматический момент настал при наведении моста для прохода бронетехники. «Нам нужно было измерить ширину между берегами, — рассказывает подполковник Р. — Я поднялся с командиром на ковш экскаватора, и оператор техники перенес нас над водой, чтобы проверить противоположный берег. Мы закрепились и за пять-шесть часов напряженной ночной работы установили мост. С тех пор как техника перешла на другую сторону, враг отступил». С тех пор батальон проложил более 30 километров маршрутов, создав прямой заслон перед противником.
Ливанский фронт: иная реальность
Для 603-го батальона кампания в Ливане — продолжение долгой цепи боев. Ранее они маневрировали в Газе, ликвидировав 26 террористов в столкновениях лицом к лицу. Однако Ливан представляет собой иной вызов. «Угроза началась еще до нашего входа, с роботизированных операций на границе, — отмечает подполковник Р. — Террористы находились прямо во дворах жителей. Понимание заключалось в том, что нужно оттеснить их назад, чтобы создать пространство безопасности».
Несмотря на истощение, командир подчеркивает стойкость личного состава: «Треть бойцов — новые лица. Это поколение, которое призвалось прямо в войну и понимает историческое значение миссий в Бофоре и на Литани». Лейтенант Л., заместитель командира роты, добавляет, что «прекращение огня» вводит в заблуждение: «Каждый день на рассвете мы открываем маршруты огнем, чтобы убедиться в отсутствии заложенных ночью устройств, а затем тяжелая техника расширяет оборонительные пункты и устанавливает камеры в глубине территории».
В ходе рейдов по минированию внутри деревень была раскрыта глубина подготовки «Хезболлы» с четким иранским следом. «Каждые несколько сотен метров мы обнаруживали боевые позиции, высеченные в скалах, шахты для стрельбы и склады иранского оружия, — рассказывает майор Й. — В домах мы находили фотографии Хаменеи и Насраллы».
Подполковник Р. отвергает опасения тыла о том, что бойцы якобы являются «утятами в тире»: «Угроза дронов-камикадзе сложна, но мы создаем решения. Мы не те, на кого охотятся, мы те, кто охотится на "Хезболлу" и ее инфраструктуру без остановки. Линия Литани стала водоразделом: это место, которое они не ожидали, что мы перейдем, но мы это сделали».
