«Иран — это общая угроза для арабских стран»: в Марокко критикуют режим аятолл

«В ходе нынешней войны стало очевидно, что Иран атакует арабские страны, и это уже выходит за рамки противостояния "мусульмане против евреев и Израиля"», — заявил в интервью изданию «Исраэль ха-Йом» марокканский писатель и предприниматель Амин Дрисси Бутейби. В эти дни он выпускает новую книгу, призванную бороться с антисемитизмом и разрушать барьеры между представителями разных религий.

«Когда Иран нападает на мусульманские государства, это меняет всю идеологическую концепцию. Становится ясно, что у арабских стран есть общая угроза — Иран», — добавляет он. Описывая отношения между Тегераном и Рабатом, Дрисси отмечает, что в эпоху правления шаха между Ираном и Марокко, а также между самим шахом и королем Хасаном II, существовали узы дружбы. Однако после революции 1979 года ситуация изменилась. «Во-первых, Марокко является союзником стран Персидского залива, поэтому отношения с Ираном быстро испортились. Во-вторых, по данным разведки, Иран пытался организовать переворот против короля Хасана II, который однажды заявил: "Если Хомейни мусульманин, то я не мусульманин"».

Писатель также отметил: «Существует еще одна проблема: по имеющимся сведениям, Иран через «Хезболлу» финансировал организацию Полисарио на юге Марокко. После того как это вскрылось в 2009 году, дипломатические связи были полностью разорваны. Отношения оставались напряженными как до войны, так и во время нее. Марокко также было в числе первых стран, осудивших иранские атаки в регионе Персидского залива».

Дрисси — известный активист в социальных сетях, выступающий за нормализацию отношений с Израилем. Под псевдонимом «Розовая феска» он руководит крупным цифровым сообществом, которое ежемесячно привлекает сотни тысяч подписчиков и миллионы просмотров.

Его аккаунты посвящены марокканской культуре, истории и местной идентичности, с особым акцентом на еврейскую общину Марокко. Его книга «Марокко, евреи и Израиль — память и влияние» содержит 162 вопроса и ответа, охватывающих тысячелетнюю историю евреев в королевстве, включая жизнь раввинов, культуру амазигов (берберов), историю еврейского квартала (Меллах) и отказ короля Мухаммеда V подчиниться требованиям коллаборационистского режима Виши во Франции.

В настоящее время автор работает над тем, чтобы познакомить марокканцев с еврейским наследием страны и противодействовать антисемитизму. Книга ориентирована преимущественно на франкоговорящих марокканцев в Европе, однако в планах автора — издание на арабском, английском и иврите. По его словам, главная цель — подчеркнуть важность отношений между Израилем и Марокко и снизить уровень враждебности.

«Марокканцы, проживающие во Франции, Бельгии и Нидерландах, должны обладать большей осознанностью. Культурно они отличаются от соотечественников в самом Марокко и, к сожалению, больше подвержены влиянию радикальных исламистских течений, таких как ваххабизм и идеология "Братьев-мусульман"», — отмечает он, подчеркивая, что ситуация внутри Марокко принципиально иная.

Один из разделов книги посвящен двум группам евреев в Марокко — «Тошавим» (местные жители) и «Мегурашим» (изгнанники). Первые проживали в Марокко еще до прихода ислама, вторые прибыли после изгнания из Испании в 1492 году. В книге также затрагиваются вопросы, связанные с Израилем, в частности, упоминается, что число израильтян марокканского происхождения оценивается примерно в миллион человек. «Моя мечта — чтобы каждый марокканец через эту книгу смог узнать правду об Израиле и евреях», — говорит Дрисси.

Его общественная деятельность привела его к участию в «Марше живых» в лагере смерти Освенцим в этом месяце. «Я был там десять лет назад из любопытства, но в этот раз все было иначе. Я был окружен множеством людей, и чувства были гораздо острее. Я ощущал опустошение и печаль», — делится он.

«Я пришел в своей феске, чтобы напомнить, что покойный король Марокко Мухаммед V спас евреев страны во время Второй мировой войны, ответив отказом на требования режима Виши. Тогда в стране проживало около четверти миллиона евреев. Я был встревожен и не мог перестать думать о том, что было бы, если бы я оказался на их месте — если бы я был евреем», — заключает он.