Раскрыт теневой куратор иранской нефти из разведки КСИР
Расследование Iran International раскрывает роль Мостафы Ахди, высокопоставленного сотрудника разведки КСИР, руководящего теневой сетью продажи иранской нефти и обхода санкций.
Когда речь заходит о брокерах иранской нефти, обычно представляют молодых трейдеров, банковские счета в Китае и танкеры, отключающие транспондеры в открытом море. Однако расследование иранского оппозиционного издания Iran International раскрыло на этой неделе совершенно другую фигуру, которая держит все нити в своих руках: Мостафу Ахди.
Согласно данным расследования, Ахди является высокопоставленным ветераном разведывательной организации Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Он занимает должность заместителя главы секретного разведывательного подразделения 600, а ранее был заместителем главы организации по экономическим вопросам. До сих пор о нем практически не публиковалось никаких подробностей, и расследование впервые выводит его образ на свет.
Мозг нефтяной машины
Нефть выступает кровеносной системой иранской экономики. По данным ОПЕК, в прошлом году Иран экспортировал около 2 миллионов баррелей сырой нефти, конденсата и нефтепродуктов в сутки, а по оценкам Центрального банка, на нефть пришлось около 65% всего экспорта. Практически весь объем уходит в Китай: в 2025 году китайские НПЗ закупали в среднем примерно 1,38 миллиона баррелей в сутки, что составляет более 80% экспортируемой Ираном сырой нефти. Чтобы компенсировать риски санкций, Тегеран вынужден предоставлять скидку примерно в 5 долларов за баррель.
Все это происходит на фоне альтернативных механизмов, действующих вне поля зрения Запада. Около полутора десятилетий назад, после введения санкций против Ирана, Совет национальной безопасности страны фактически взял на себя управление продажами нефти вместо Министерства нефти, и Ахди начал занимать там пост заместителя по экономическим вопросам — должность, служащую прикрытием для его реальной деятельности. Он принимал участие в двух саммитах БРИКС в России и Бразилии, причем международным структурам не было известно о его истинной роли человека, контролирующего управление продажами иранской нефти. По сей день он участвует в официальных делегациях и визитах на нефтяные терминалы на острове Харк под маской заместителя по экономическим вопросам.
Что известно о Мостафе Ахди?
■ Занимает пост заместителя главы секретного разведывательного подразделения 600 в КСИР.
■ Считается мозгом механизма продаж нефти на черном рынке.
■ Управляет огромной сетью брокеров и трейдеров («доверенных лиц») для сбыта нефти.
■ Регулярно участвует в официальных делегациях и зарубежных саммитах под прикрытием должности «заместителя по экономическим вопросам».
■ Не подчиняется правительству или контрольным органам, фактически обладая абсолютным иммунитетом.
Ахди, разумеется, действует не в одиночку. Согласно расследованию, он руководит масштабной сетью брокеров, реализующих нефть прямо под носом у американцев. Эти брокеры, именуемые в материале «доверенными лицами», получают баррели нефти, продают их международным игрокам и перечисляют доходы государству.
Кроме того, Ахди направил своего бывшего заместителя Мухаммада Джавада Буванда курировать продажи нефти. В рамках этой деятельности Буванд около четырех месяцев назад был назначен специальным помощником министра нефти. По данным Iran International, в документе государственного контрольного органа ему даже приписывается решение продать 86 миллионов баррелей «доверенным лицам».
За две недели до публикации расследования, после того как предыдущие материалы вывели Буванда и Моминина в заголовки СМИ, в штаб-квартире связи КСИР состоялась секретная встреча, о чем Iran International рассказали источники в Globes. Согласно сообщению, в ней участвовали Ахди, Буванд и высокопоставленный иранский генерал, а целью было предотвратить освещение скандала в прессе.
Власть без контроля
Высокопоставленный источник в Iran International рассказывает о деятельности Ахди. По его словам, у двух разведывательных ведомств Ирана — разведки КСИР и Министерства разведки — имеются собственные сети брокеров, которыми управляют высокопоставленные чиновники каждого из ведомств. Доверенные лица выступают «по сути пешками в руках силового аппарата», и более 100 миллиардов долларов нефтяных доходов страны были похищены именно таким путем. Для сравнения, тот же источник отмечает, что замороженные активы Ирана, ради разморозки которых режим ведет переговоры с США, составляют 24 миллиарда долларов — примерно четверть выкачанной суммы.
Он добавляет, что Ахди пользуется бесконтрольной властью: «Он не подотчетен ни правительству, ни каким-либо надзорным органам. Напротив, судебная система находится в его распоряжении, и он использует ее для сведения счетов». Иногда через посредников он даже сливает информацию о своих соперниках в Министерство финансов США, чтобы против тех ввели санкции.
Именно поэтому, считает источник, западные санкции неэффективны против него: «США и Европа время вводят санкции против некоторых доверенных лиц, но это мало помогает, так как их немедленно заменяют. На мой взгляд, необходимо сосредоточиться на силовых структурах и их руководстве.
«Тот факт, что высокопоставленный сотрудник разведки КСИР вроде Ахди может беспрепятственно участвовать в международных конференциях, таких как БРИКС, под прикрытием официальной должности и находить там покупателей на нефть черного рынка, демонстрирует сохранение серьезных пробелов в усилиях по подрыву финансирования Исламской Республики. У этих олигархов есть интерес сохранять режим — коррумпированную систему, набивающую им карманы».
В Iran International обращают внимание на то, что закон о государственном бюджете ежегодно разрешает вооруженным силам, то есть КСИР, продавать полмиллиона баррелей нефти в день, и делают вывод: «Это показывает, что такая коррупция носит структурный характер. КСИР настолько силен, что даже если они не передают половину этих доходов, ни один институт не способен их остановить».
