Иранцы в ужасе от бомбардировок: «Город мертвых и жизнь под ракетами»

В то время как в Израиле и США некоторые ожидают, что противники режима в Иране воспользуются военными достижениями ЦАХАЛа и американцев для свержения власти аятолл, рядовые граждане в Тегеране и других городах Исламской Республики рассказывают, что заняты лишь повседневным выживанием. Они сообщают, что находятся в ужасе от бомбардировок, продолжающихся уже почти три недели.

Фергал Кин, специальный посланник BBC, сообщает, что в последние дни ему удалось поговорить с несколькими жителями Ирана и собрать их свидетельства о тяжелых страданиях и амбивалентном отношении к действиям Израиля и США. Баран, бизнесвумен в возрасте около 30 лет, рассказала, что во время бомбардировок она и ее друзья переписываются и обновляют информацию о местонахождении друг друга, но сами взрывы — не единственное, что вызывает тревогу: «Даже когда нет ни звука, сама тишина ужасает. Я делаю все возможное, чтобы остаться в живых и увидеть то, что нас еще ждет впереди». Баран отметила, что со страхом ходит на работу: «Когда начинается атака беспилотников, никто не смеет выходить. Если я открываю дверь и делаю шаг наружу, это азартная игра с моей жизнью». Часто собаки первыми распознают начало атаки, и их лай на несколько секунд опережает мощные взрывы.

Баран рассказала BBC, что ее надежды на перемены рухнули в последние месяцы после того, как режим подавил протесты в январе: «Я даже не могу вспомнить, как жила раньше, не вспоминая о близких, которых потеряла во время протестов. Я боюсь того, что принесет завтрашний день». Она добавила: «Знаешь, в чем разница между нашим небом и небом остального мира? Они спят под звездами ночью, а мы спим под ракетами. В обоих случаях с неба исходит свет, но свет другого рода». Она опасается, что война продлится годы: «Эта война не закончится скоро, потому что она внутри наших домов и наших семей. Она вошла в нашу кровь и в нашу жизнь».

Посланник BBC Кин отмечает, что в Иране в дни войны подавление любых признаков внутренней оппозиции является абсолютным. «На кадрах, попавших в наше распоряжение, видно, как сторонники режима ездят по городу ночью и размахивают флагами из своих машин — это сигнал всем, кто может поддаться искушению выйти на протест», — сообщает он. «Официальный нарратив — единственный разрешенный, и государственное телевидение транслирует кадры демонстраций в поддержку режима и похорон. В правительственной пропаганде иранский народ прославляется как готовый принести себя в жертву в качестве шахида». Один из независимых журналистов сказал ему: «В условиях войны ты действительно не знаешь, на что они способны».

Кин отмечает, что только в своих домах некоторые жители Тегерана чувствуют, что могут поделиться чувствами. Али, образованный мужчина в возрасте около 40 лет, надеялся, что ликвидация верховного лидера Али Хаменеи в начале войны принесет перемены, но теперь видит улицы, заполненные сотрудниками сил безопасности и вооруженными людьми в масках. «Мне больно, когда я выхожу на улицу. Город выглядит как город мертвых», — говорит он. Он рассказал, что принимает антидепрессанты, «чтобы сохранять себя в норме», и засвидетельствовал: «Я вижу на улице группы людей, которые вовсе не из нас, это сторонники режима и люди, которые фактически похитили у нас улицы». Кин отмечает, что иранцы выражали противоречивые чувства — с одной стороны, желание падения режима, а с другой — трудность в связи с тем, что их страна находится под атакой. «Небо твоей страны контролируется вражескими силами, но в то же время у людей в сердце всегда есть надежда. Это не значит, что мы поддерживаем США или Израиль, мы просто надеемся, что когда-нибудь произойдет что-то, что положит конец нынешнему иранскому режиму», — сказал Али.

В американской сети PBS также привели свидетельства иранцев, с которыми говорила корреспондент Лейла Молана-Аллен. Они рассказали, что сосредоточены на выживании. Молодая иранка, мать 3-летнего ребенка, рассказала, что наклеила скотч на окна и нагромождает подушки вокруг сына, когда он спит, в попытке защитить его от ранения. «Я не могу оставить его одного в комнате ночью. Я сплю рядом с ним, потому что не перестаю думать о том, что если с ним что-то случится, я хочу быть рядом». У женщины нет доступа к убежищу, и когда начинаются бомбардировки, они укрываются в коридоре: «Внезапно мы услышали звук истребителей, пролетающих прямо над нами. Это было очень страшно, а потом мы услышали три взрыва. Они были такими сильными, что я подумала, что окна разлетятся и влетят в дом». Интервьюируемые Моланой-Аллен рассказали, что запаслись едой, но боятся, что из-за атак на инфраструктуру подача электроэнергии прекратится и запасы испортятся.

Житель Тегерана сказал PBS, что бомбардировки настолько интенсивны, что от них невозможно спрятаться. «Когда тебя бомбят, шум от этого действительно ужасающий. Неважно, насколько ты думаешь, что привыкаешь к этому, каждый раз, когда ты это слышишь, это преследует тебя», — рассказал он. Он объяснил, что людям приходится выбирать между смертью от рук режима и смертью от бомбардировок иностранных армий, и они молятся, чтобы в конце войны наступили перемены. «В конечном счете мы хотим, чтобы люди меньше страдали, сталкивались с меньшим горем, чтобы меньше людей гибло. Мы хотим, чтобы политический результат войны соответствовал интересам народа, а не только выгоде политиков или западных стран».

Перебежчики, которым удалось бежать из Ирана совсем недавно, также побеседовали с PBS. Шахин, визажист, который продолжает получать угрозы от режима, свидетельствует, что вскоре после того, как он покинул страну, неизвестные явились к дверям его дома. «Иногда они присылают электронные письма или текстовые сообщения или звонят по телефону, иногда они угрожают тебе не напрямую, а угрожают твоей семье или твоим близким. Они всегда находят способ заставить людей замолчать». По его словам, ситуация сейчас тяжелее любой, свидетелем которой он был раньше, когда люди сталкиваются с непрекращающимися бомбардировками и полным отключением интернета: «Нет доступа к внешнему миру. Нет свободы слова. Ее никогда не было, но сейчас она находится под еще большими ограничениями и надзором». Мехрзад, журналистка, бежавшая из Ирана после преследований из-за политических текстов о женском протесте 2022 года, сказала сети из-за границы, что, несмотря на гнев на правителей Ирана, война приведет только к еще большей боли и убийствам. «Пока у нас не будет практического решения для будущего, ликвидация одного режима или одного лидера и замена их другими приведет лишь к той же диктатуре, от которой мы страдали на протяжении как минимум столетия. Это война, в которой я не вижу никаких победителей».