История «Эсек шахор»: как радиопрограмма изменила израильский хип-хоп
Тридцать лет назад на радиостанции «Гальгалц» вышла программа «Эсек шахор», ставшая культовой для израильской хип-хоп сцены. Ведущие Лирон Тани и Квами вспоминают, как их дерзкий проект прошел путь от маргинального эфира до национального достояния.
Если бы история «Эсек шахор» («Черное дело») была фильмом, трейлер начался бы в 1995 году, когда молодой музыкальный редактор Эяль Фридман столкнулся в коридорах «Галей ЦАХАЛ» с Тами Цадок, менеджером радиостанции «Гальгалц». Это произошло вскоре после того, как Фридман и радиоведущий Лирон Тани записали пилот программы, посвященной маргинальному тогда жанру — хип-хопу.
Поначалу кассета пылилась у директора «Гальгалц» Одеда Нафхи. Фридман убедил звезду радиостанции Таля Бермана напомнить о записи, и в итоге Нафхи передал ее Цадок. Как вспоминает Фридман, их первая встреча закончилась фразой, ставшей отправной точкой всей истории: «Я прослушала ваш пилот и хочу сказать: нет ни одного здравомыслящего директора радиостанции в мире, который позволил бы вам выпустить это в эфир».
«Эсек шахор» вышла в эфир около 30 лет назад и стала неотъемлемой частью музыкального ландшафта Израиля. Проблему поиска «нездравомыслящего директора» решил Эльдад Кобленц — человек, который вряд ли бы сам назвал себя здравомыслящим. Именно он выделил программе слот по четвергам в полночь, превратив ее в культурный институт и самую прослушиваемую передачу на «Гальгалц».
Лирон и Квами, познакомившиеся на концерте Beastie Boys, стали эталонной радиопарой. Их успех строился не только на глубоком знании темы, но и на настоящей дружбе, прошедшей через множество испытаний. В конце концов, попробуйте найти человека, который так же сильно любит хип-хоп и готов вместе с вами отпускать шутки про отрыжки в прямом эфире.
Сегодня их вклад увековечен в документальном сериале «Золото черное» («Захав шахор»), который выходит 21 июля на «Кан 11» и «Кан BOX». Проект подробно описывает историю рэпа в Израиле — от Яира Ницани и группы «Швак С» до «Саблиминала», «Туны» и Равида Плоткина.
«Однажды я спросил рэпера Амита Ульмана, что такое рэп, и он ответил: “Рэп — это гордость”», — рассказывает Квами. — «Я понял, что почти все в этой индустрии чувствуют гордость за свое дело. Но мы с Лироном всегда были склонны к излишней скромности. Сейчас я позволяю себе не скромничать: мы сделали что-то значимое, и это задокументировано в сериале без прикрас». Лирон Тани добавляет: «Я очень смущен этим вниманием. Годами я твердил Квами, что всё произошло бы и без нас. Я готов взять на себя ответственность только за то, что мы встретились, делали то, что любили, и получали от этого огромное удовольствие».
«Никто не знал, что мы там»
«Эсек шахор» не просто транслировала лучший мировой хип-хоп, она дала беспрецедентную сцену местным артистам. Программа сама по себе была воплощением хип-хопа: подход, юмор, свобода — и всё это на платформе, подчиненной отделу кадров ЦАХАЛ.
«Рэп на иврите тогда казался людям научной фантастикой», — говорит Квами. — «Нас это не волновало». Тани добавляет: «На нас никто не обращал внимания. Четверг, полночь — никто, черт возьми, не знал, что мы там, кроме кучки странных людей, оставлявших сообщения на автоответчике».
Относительная анонимность позволяла программе быть безграничным пространством, где музыкальная эрудиция смешивалась с абсурдным юмором. Квами вспоминает: «В одной из первых передач мы принимали Малкиэля Гроссмана. Он вышел в туалет, вернулся и начал рассказывать про “бактерию туалетов”. Мы вели об этом целый разговор, и я думал: “Нет шансов, что эта программа выживет”». Тани признается: «Я установил стандарт, что в каждом эфире должна быть отрыжка. О чем мы только думали?»
Политический резонанс
Уникальный характер программы часто приводил к конфликтам. В январе 2002 года, в разгар Второй интифады, Тани в прямом эфире позволил себе крайне провокационные высказывания в адрес Ариэля Шарона. Командир «Галей ЦАХАЛ» уволил его, но позже изменил решение после неожиданного звонка от представителя семьи Шарона, который признался, что сам слушает программу.
Политический аспект хип-хопа также ярко проявился в дискуссиях вокруг творчества «Саблиминала». Несмотря на то что Квами и Тани не разделяли их правых взглядов, они не отказывали им в эфире. «Мы никогда не будем ставить фашистские или расистские тексты», — подчеркивает Квами. — «Но неэтично препятствовать трансляции артиста только из-за того, что он не разделяет твои политические взгляды. Это была бы настоящая ошибка».
Сегодня, оглядываясь назад, Квами и Тани признают, что программа была для них тяжелым трудом, приведшим к выгоранию. После ухода Квами в 2004 году и последующих попыток возрождения, «Эсек шахор» остается важной главой в истории израильской культуры. «Я позволю себе сказать, что мы еще вернемся к этому разговору», — заключает Квами.
