Книга Асафа Инбари «Натан и Амос»: мастерство исследования без литературной искры
Новая книга Асафа Инбари «Натан и Амос» исследует отношения между Натаном Альтерманом и Амосом Озом через призму их участия в общественной жизни Израиля. Несмотря на глубокое исследование, литературная обработка материала не всегда придает ему новое измерение, оставляя вопрос о необходимости смены творческого направления автора.
«Солдаты формирования «Ха-Плада». Сегодня мы выйдем, чтобы сокрушить руку, протянутую, чтобы сжать наше горло. Сегодня мы выйдем, чтобы широко распахнуть южные ворота, которые были заперты египетским агрессором...»
Эти слова, появившиеся в приказе дня генерала Исраэля Таля и зачитанные перед солдатами его дивизии перед началом Шестидневной войны, написал не кто иной, как писатель Амос Оз. Он учился с генералом Талем в университете в Гиват-Раме в Иерусалиме и был прикомандирован им к командному бронетранспортеру в начале того конфликта.
Эти факты приводятся в новой книге Асафа Инбари «Натан и Амос», где автор пытается проследить взаимосвязь между двумя творцами, оказавшими наибольшее влияние на израильскую культуру с середины сороковых годов прошлого века. Альтерман прославился поэтическим сборником «Звезды снаружи» (1938) и актуальной политической поэзией, собранной в «Седьмом столбце». Оз же, выпустив 30 лет спустя (в 1968 году, через год после Шестидневной войны) книгу «Мой Михаэль», в свои 29 лет сразу стал одним из самых выдающихся интеллектуалов поколения.
Инбари почти намеренно оставляет в стороне прозу Оза и поэзию Альтермана, фокусируясь на их активной вовлеченности в общественную жизнь Израиля. Оба автора находятся на одной оси: Альтерман был тесно связан с Давидом Бен-Гурионом со времен создания государства, а Оз оказался в центре событий, связанных с «скверным делом» (Эсек ха-биш) — провалом израильской агентурной сети в Египте в начале пятидесятых годов, который привел к казням участников операции.
Это дело, в котором был замешан тогдашний министр обороны Пинхас Лавон, потрясло правящую партию «Мапай», вызвав глубокий раскол и ее последующий распад изнутри.
Изобретение романа
Пинхас Лавон был одним из основателей кибуца Хульда, куда Оз прибыл в четырнадцатилетнем возрасте. Инбари делает акцент на деятельности Оза в движении «Мин ха-Йесод», поддерживавшем Лавона, и на ранней общественной активности будущего писателя.
Таков краткий обзор поэтической концепции Инбари, которую он последовательно реализует в своих книгах: «Домой» — история кибуца Афиким; «Танк» — исследование событий Войны за независимость у кибуца Дгания Алеф; и «Красная книга», повествующая о трех лидерах израильских левых: Ицхаке Табенкине, Моше Снэ и Меире Яари.
Инбари утверждает, что роман как жанр — изобретение последних двухсот лет, а до этого литература опиралась на реальные исторические материалы: Танах в прозе или «Илиаду» и «Одиссею» в поэзии. В качестве примера он приводит Уильяма Шекспира, который основывал свои произведения на исторических хрониках Эдварда Холла и Рафаэля Холиншеда.
Однако именно здесь, если выразиться мягко, сходство заканчивается и начинается различие.
Где добавочная стоимость?
На основе хроник Холла Шекспир создал, например, «Ричарда III». Его литературное вмешательство уходит гораздо глубже исторического первоисточника, создавая сложный и противоречивый портрет человеческой души. К сожалению, в случае с Инбари литературная обработка и сплав исторических фактов с воображением не создают той добавочной стоимости, которая позволила бы взглянуть на героев в новом, неожиданном свете.
Инбари подчеркивает ось движения Оза из лона ревизионизма к радикальным левым, в то время как Альтерман двигался в противоположном направлении — от «Аводы» и «Мапай» к идее «Эрец-Исраэль ха-Шлема» (Целостной Земли Израиля). Вопрос о том, как поступил бы Альтерман, проживи он дольше, как Хаим Гури, остается открытым.
Значительная часть романа посвящена «Эсек ха-биш». Проблема в том, что даже для любителя истории эти события кажутся далекими. В книге фигурируют колоритные персонажи, такие как премьер-министр Леви Эшколь или Далия Кармель, секретарша главы разведки Биньямина Гибли, которую якобы заставили сфальсифицировать документ, приписав приказ Пинхасу Лавону.
Но знаменитая лаконичность Инбари, ставшая его визитной карточкой, в этот раз не помогает материалу «взлететь». Возникает ощущение, что модель письма, которую автор развивал годами, начинает исчерпывать себя. Не хватает той самой искры, которая вывела бы книгу на новый уровень. Остается надеяться, что в следующих работах автор ее вновь обретет.
«Натан и Амос» / Асаф Инбари. Издательство «Едиот Сфарим». 255 страниц.
