Курс шекеля: что может предпринять Банк Израиля
Американская валюта упала на 25% по отношению к шекелю за два года, что ставит израильских экспортеров в крайне сложное положение. Управляющий Банком Израиля профессор Амир Ярон рассматривает три сценария: прямую покупку долларов, резкое снижение процентной ставки или сохранение текущего курса.
В июне 2024 года курс доллара составлял 3,72 шекеля, а евро — 4,03 шекеля. В прошлую пятницу доллар торговался по 2,81 шекеля, а евро — по 3,27 шекеля. Таким образом, за два года доллар и евро подешевели по отношению к шекелю примерно на 25% и 19% соответственно. Это означает, что израильский экспортер теперь получает за каждые 100 долларов выручки 281 шекель вместо 372 шекелей — разница составляет 91 шекель. Чтобы компенсировать потери, экспортеру пришлось бы повысить цены на свою продукцию на треть, со 100 до 133 долларов, что несет прямой риск потери клиентов и доли рынка. Попытки повысить эффективность бизнеса за счет массовых увольнений или сокращения зарплат в текущих условиях могут привести к краху предприятия. Ситуация с экспортом в Европейский союз аналогична: выручка в 100 евро теперь приносит 327 шекелей против более чем 400 шекелей два года назад.
Покупка долларов: не панацея
Есть ли у Банка Израиля инструменты для сдерживания укрепления национальной валюты? Управляющий профессор Амир Ярон может применить один из трех подходов. Первый — прямая покупка долларов. Этот метод, активно использовавшийся Банком Израиля в прошлом, имеет свои недостатки: он обогащает валютных трейдеров, стимулирует спекуляции и увеличивает денежную массу. Кроме того, эффективность этого шага сомнительна: ежедневный объем сделок шекель-доллар достигает 23 миллиардов долларов, поэтому для заметного влияния потребовались бы массированные интервенции. При текущих резервах в 236 миллиардов долларов дальнейшее их наращивание не выглядит логичным.
Снижение процентной ставки: риски и последствия
Второй путь — снижение процентной ставки на 0,75%–1%, на чем настаивает, в частности, председатель «Рафаэль» и бывший министр финансов доктор Юваль Штайниц. Расчет строится на том, что это сделает инвестиции в шекеле менее привлекательными, что приведет к ослаблению национальной валюты. Однако процентная ставка — это косвенный инструмент, основная задача которого заключается в контроле инфляции и стимулировании экономического роста, а не в регулировании валютного рынка. Резкое изменение ставки повлияет на рынок жилья, стоимость кредитов и инвестиционные решения, сигнализируя о смене приоритетов Банка Израиля. Успех этого шага возможен лишь при строгом соблюдении бюджетной дисциплины и удержании дефицита в пределах 4%–4,5% ВВП, что может потребовать повышения налогов. При этом не стоит забывать, что сильный шекель помогает сдерживать рост цен на импортируемые товары: нефть, бензин, электричество и воду.
Риски бездействия
Что произойдет, если Банк Израиля решит не вмешиваться? Продолжительное укрепление шекеля неизбежно приведет к ухудшению платежного баланса, замедлению экономического роста и росту безработицы, особенно в секторе технологических услуг, который наиболее уязвим к валютным колебаниям. Хотя в будущем рыночные факторы могут заставить трейдеров продавать шекели, сроки и масштабы этого процесса остаются непредсказуемыми.
В сложившейся ситуации политика невмешательства также не является безопасной — это решение само по себе сопряжено с серьезными экономическими рисками.
