Лишь два человека заранее услышали от Трампа о прекращении огня
Объявление президента США о прекращении огня, за мгновение до истечения ультиматума, предъявленного Ирану, было достигнуто при участии Пакистана • Страна, ставшая главным посредником в нынешней войне, очень сблизилась с США, и её генерал даже получил особый звонок от президента
В мировой прессе раскрывают новые детали моментов, которые привели президента США Дональда Трампа к решению о двухнедельном прекращении огня вместо обещанного «ада». В центре усилий посредничества находится один человек — премьер-министр Пакистана Шахбаз Шариф.
По мере того как часы шли, а крайний срок, установленный Трампом, приближался, роль Пакистана в переговорах становилась всё более заметной. Премьер-министр Шариф выступил с публичным призывом к обеим сторонам вступить во временное прекращение огня и позволить в это время провести переговоры.
Таким образом Пакистан подготовил почву для шага, который позволит обеим сторонам отступить от своих воинственных заявлений. Тем, кто также был в картине, согласно Bloomberg, является Ассам Мунир, командующий армией Пакистана, который сыграл существенную роль в переговорах и в заявлении президента Трампа о прекращении боевых действий на две недели.
Вскоре после этого министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи похвалил роль Шарифа и Мунира в посредничестве переговоров. В посте в социальных сетях, подтверждающем сделку, Аракчи выразил «благодарность и признательность моим дорогим братьям» за «их неустанные усилия по прекращению войны в регионе».
В New York Times также сообщалось, что до официального объявления о прекращении огня президент Трамп позвонил двум людям: премьер-министру Биньямину Нетаниягу и командующему пакистанской армией Муниру, которого считают имеющим связи с армией Ирана.
Пакистан занял место традиционных посредников
Следующим этапом могут стать переговоры между Ираном и США на территории Пакистана. Возможность встречи высокопоставленных американских чиновников с иранскими представителями в Исламабаде до недавнего времени считалась почти фантастическим сценарием. В течение многих лет ось ближневосточной дипломатии проходила между Дохой, Каиром и Маскатом, однако в последние недели произошёл тихий, но значительный сдвиг на арене. Пакистан оказался в центре усилий посредничества между Вашингтоном и Тегераном, не как случайный участник, а как результат тщательно спланированного стратегического шага.
Корни истории уходят не в начало нынешнего конфликта, а на несколько месяцев раньше. Пока внимание мира было обращено на другие сцены, в Исламабаде велась тихая и систематическая работа по созданию новой дипломатической инфраструктуры с целью восстановления отношений с Вашингтоном. Этот шаг последовал после многих лет острой напряжённости, включавшей американские обвинения в «двойной игре» с Талибаном, наряду с широко освещаемыми кризисами в сфере безопасности и растущими опасениями в Белом доме по поводу постепенного сближения Пакистана с Китаем.
Значимым событием в контексте отношений США и Пакистана стал май этого года. Пакистан и Индия, обе обладающие ядерным оружием, вступили в военный конфликт, который грозил потрясти мир. Трамп немедленно вмешался. Пакистан поддержал усилия посредничества, которые он возглавлял, и даже предложил его на Нобелевскую премию мира. Мунир несколько раз посещал Вашингтон за последний год, и Трамп называл его «моим любимым фельдмаршалом».
С точки зрения режима в Тегеране, Пакистан не воспринимается как американский сателлит и не размещает на своей территории американские военные базы, что позволяет ему сохранять высокий уровень доверия даже в разгар кризиса. В то же время администрация в Вашингтоне видит в нём относительно стабильного игрока, способного общаться с высшими эшелонами Ирана, не будучи воспринятым как враждебный.
Для Пакистана, который сам страдал от войны из-за нехватки топлива, прекращение огня является большой дипломатической победой, что также отразилось в реакции местной биржи:
Индекс KSE-100 Пакистана в среду показал самый резкий рост в Азии, поднявшись на 8,3% — самый большой рост почти за год. Резкий скачок привёл к часовому приостановлению торгов на местной бирже.
У Пакистана были и экономические интересы помимо престижа на международной арене. Шок на энергетическом рынке оставил страну уязвимой, поскольку она зависит от импорта сжиженного газа и нефти, которые обычно проходят через Ормузский пролив. Результатом стал инфляционный всплеск, который заставил правительство отменить субсидии и повысить цены на топливо для граждан.
