«Надеюсь вернуться в „Бней Герцлию“, моя глава в Израиле не закончена»
Макс Хайдеггер не планировал покидать «Бней Герцлию», но был вынужден уехать из-за войны. После перехода в испанский «Сан-Пабло Бургос» баскетболист признался, что решение далось нелегко, и выразил надежду на возвращение в Израиль.
Война остановила Макса Хайдеггера в разгар лучшего сезона в его карьере. Натурализованный игрок «Бней Герцлии» вернулся на площадку после перерыва и за короткое время стал одним из самых влиятельных баскетболистов лиги, выведя свою команду в финал Кубка.
Вне игры жизнь в Израиле также складывалась удачно: защитник начал новые отношения и поступил на вторую степень в Университет Райхмана, расположенный рядом со спортивным залом «Йовель». Возвращение в спорт казалось Хайдеггеру верным решением, вернувшим ему любовь к игре, однако всё изменилось с началом войны.
Постоянные ракетные обстрелы и давление со стороны семьи вынудили разыгрывающего покинуть Израиль после пяти недель жизни в убежище. В конце прошлой недели он был отдан в аренду до конца сезона в испанский клуб «Сан-Пабло Бургос». После дебютного матча за новую команду Хайдеггер впервые рассказал о расставании со страной.
«Постоянно думаю об Израиле»
«Последние дни были непростыми, я постоянно думаю о ситуации в Израиле, — поделился он в интервью «Исраэль Хайом». — Я не планировал уезжать в этом году, я вернулся после завершения карьеры специально ради этого. Ситуация в стране была стрессовой, и это повлияло на меня. Множество команд обращались с предложениями, но я всем отказывал».
«Я ждал больше месяца, надеясь, что ситуация улучшится и я смогу остаться, но война продолжается. У меня много друзей и семья в Израиле, я привязан к стране и надеюсь, что все в безопасности».
Что заставило вас окончательно покинуть «Бней Герцлию»?
«Эта ситуация сложнее и масштабнее, чем баскетбол. Не казалось, что конец войны на горизонте, и это было тяжело. Моя бабушка скончалась во время войны, и я не хотел добавлять стресса членам моей семьи. Я много говорил с ними, но по мере того как ситуация не улучшалась, на меня оказывалось давление, чтобы я уехал, а я просто хотел продолжать играть в баскетбол».
«Бней Герцлия» вернула свет
Новая искра и особая связь с Герцлией вырвали его из офисной работы в Калифорнии, и теперь он надеется найти себя в Испании. «Бургос очень хотел меня видеть, — рассказывает он. — Я приехал в хорошее место и вернулся в прекрасную испанскую лигу. Мы боремся за место в высшем дивизионе и в конце недели одержали важную победу. Чувствую, что это возможность доказать себе, как далеко я могу зайти».
Герцлия продлила ваш контракт на следующий сезон, есть ли шанс, что вы вернетесь летом?
«Я очень на это надеюсь. Чувствую, что моя глава в Герцлии и в израильском баскетболе еще не закончена. Моя партнерша и я очень любим город и страну. Надеюсь, что скоро наступит тишина, и когда ситуация станет проще, я буду рад вернуться».
Вы понимаете людей, которые могут быть разочарованы вашим решением уехать?
«Я не знаю, что чувствуют люди, но могу их понять. Легко рассуждать со стороны, но когда оказываешься в такой ситуации, становится трудно. Я говорил, что Герцлия стала для меня домом, и это решение было непростым, но я должен был принять его ради семьи. Надеюсь, люди меня поймут. Я очень люблю баскетбол, это моя работа, но у меня есть ответственность, и семья для меня важнее всего».
«Жаль, что такой особенный сезон закончился так»
Для «Бней Герцлии», собравшей летом замечательный состав, включая Элайджу Стюарта и Чинану Онуаку, война изменила всё. Американский центровой также уехал, и ожидается, что команда Йеху Орланда вернется после перерыва в ином составе.
«Мне очень грустно, что такой особенный сезон закончился подобным образом, — говорит Хайдеггер. — У нас было чувство, что мы особенная команда, способная на многое. Я играл во многих клубах, но этот сезон был для меня исключительным».
