Мать раненого в теракте Нерии Лейтера рассказала о борьбе за его жизнь
Хани Лейтер, мать тяжелораненого Нерии Лейтера, делится переживаниями из реанимации больницы «Шаарей Цедек». Нерия пострадал в теракте, семья и общественность молятся за его выздоровление.
Почти через неделю после теракта с наездом на автотранспорт у блокпоста Белл на шоссе 443 Хани Лейтер не покидает отделение реанимации больницы «Шаарей Цедек», находясь у постели своего раненого сына Нерии.
Нерия получил тяжелые ранения в результате теракта, когда террорист намеренно протаранил полицейский патрульный автомобиль, в котором он находился. Он получил травмы головы и ноги, а террорист был ликвидирован на месте. Находившийся поблизости парамедик оказал ему жизненно необходимую помощь уже через три минуты, после чего пострадавший был доставлен в больницу.
Его отец, посол Израиля в США Йехиэль Лейтер, находившийся за границей во время теракта, немедленно вылетел в Израиль, чтобы находиться рядом с сыном в больнице. По прибытии в «Шаарей Цедек» Нерия перенес две операции на голове. «Главным опасением было внутреннее кровотечение в черепе», — поясняет Хани.
Борьба за жизнь и неизвестность
Во время операций врачи установили дренажную трубку. Позднее трубку и прибор, измеряющий внутричерепное давление, извлекли из-за опасений занесения инфекции. «Нерия все еще подключен к аппарату искусственной вентиляции легких. Ствол мозга функционирует нормально. Его нужно беречь, но врачи меньше беспокоятся о самой жизни, больше о том, как он очнется. Ему начали снижать дозу наркоза, и мы ждем, как он отреагирует. Сейчас время большой неопределенности. В лучшем случае мы начнем долгий путь реабилитации».
Когда Хани спросили, сколько у нее детей, ее ответ пронзает сердце: «У меня восемь детей. Один на небесах, один между ними и еще шестеро».
На вопрос, оптимистична ли она, она отвечает: «Это напрямую зависит от настроения. Когда у меня есть силы — я оптимистична. Это настоящий оптимизм. Мы слышим так много историй о чудесах, о тех, кто был тяжело ранен и сегодня функционирует, и это очень успокаивает нас».
Рассказывая о своих личных чувствах за прошедшую неделю, она делится: «Думаю, с начала инцидента я была на сильном адреналине и в шоке. Сегодня впервые я почувствовала усталость. Я ем, отдыхаю, даже совершаю прогулки. Пока только на гору Герцль, иду к Моше (ее сын, погибший на войне и похороненный на горе — прим. К.А.). Сейчас мне нужно время, чтобы все переварить. Снизить уровень адреналина. На горе Герцль я могу немного побыть одна, помолиться, успокоиться».
Три года назад семья потеряла своего сына Моше зан"ль в Бейт-Хануне. Хани делится жутковатым сном, который приснился двоюродной сестре семьи: «Ей приснился Моше, весь окутанный светом. Затем к нему подходит Нерия, и Моше отталкивает его. Он говорит ему: "Спускайся сейчас же, что ты здесь делаешь?!" Страшно об это думать, но это не совсем абсурдно, ведь он поступил в больницу в абсолютно бессознательном состоянии».
Будни в реанимации
Спустя неделю в больнице уже сложился определенный распорядок. «Мы очень хотим, чтобы кто-то находился с ним постоянно, насколько это возможно, поэтому мы дежурим. Йехиэль остается с ним до поздна, молодые мужчины сидят с ним ночью, а я прихожу рано. Днем также присоединяются три роженицы: Сара, его сестра, которая родила пять дней назад и лежала в 40 метрах от него, Элираз, родившая три недели назад, и Цофия, родившая два с половиной месяца назад. Здесь есть уголок для кормления и человек, который присматривает за младенцами, чтобы дочери тоже могли посидеть с Нерией. И конечно, его жена Лиат проводит с ним очень много времени. Она потрясающая женщина, у меня нет других слов для нее».
На вопрос, не получили ли остальные братья освобождение от резервистской службы после гибели Моше, она рассказала: «Почти все сыновья попросили вернуться на фронт после гибели Моше, и я сказала им, что не уверена, что смогу это вынести. Поэтому некоторые записались на тыловые и логистические должности, но позже все равно оказались на передовой. В конце концов, Нерия тоже воевал в Ливане. Когда он был там, я разговаривала с Лиат, и она сказала, что ей очень страшно. А затем он вернулся и начал нести смены на резервистской службе сверх положенного, в рамках которых его привлекали к сопровождению полиции при операциях в Иудее и Самарии».
Нерия, его жена и четверо их детей живут в поселении Хават-Яир в Самарии. Хани рассказывает, что после гибели Моше Нерия занял его место, заботился о единстве семьи, семейных мероприятиях и стал опорой для всех.
Взять ответственность на себя
Старшему сыну Нерии и Лиат 11 лет, а младшему, Нета Моше, два с половиной года — это первый внук Хани и Йехиэля, родившийся после гибели их сына Моше. Утром после теракта Лиат рассказала детям, что их отец ранен, и старший сын попросил, чтобы Харель, его двоюродный брат и старший сын погибшего Моше, был с ним. Проведя вместе долгие часы, сын Лиат объяснил маме, что «это даже будет весело, потому что он научится сам строить сукку». «Так они укрепляют себя, я считаю это удивительным. Они берут на себя ответственность, вместо того чтобы быть жертвами обстоятельств», — объясняет Хани с болью и гордостью.
Хани просит, чтобы именно сейчас, в этот период неопределенности, общественность продолжала молиться за здоровье Нерии Дова бен Хана.
