Нир-Оз спорит о судьбе домов, разрушенных во время резни 7 октября

В кибуце Нир-Оз разворачивается тяжелая дискуссия о судьбе разрушенных во время резни 7 октября домов. На фоне масштабного восстановления поселка около 90 зданий остаются в статусе «приговоренных к сносу», в том числе дом семьи Бибас и дом семьи Кедем-Симан-Тов. Община расколота: одни настаивают на полном сносе руин, чтобы не жить посреди мемориала, другие требуют сохранить их как живое свидетельство трагедии.

Дилемма между жизнью и памятью

Один из старейших жителей кибуца, 90-летний садовник Ран Паукер, потерявший в резне брата, выступает за ликвидацию разрушенных зданий. «В иудаизме не устраивают кладбище внутри кибуца», — заявляет он, подчеркивая, что возвращающимся жителям нужно дать возможность строить будущее, а мемориалы следует вынести за пределы жилой зоны. С ним согласны многие члены кибуца, считающие невозможным нормальный быт рядом с обгоревшими стенами.

Поиск баланса и компромиссные решения

С другой стороны, семьи погибших и заложников настаивают на сохранении памяти. Офри Бибас выступает против сноса дома ее семьи. Адина Моше, чей муж был убит 7 октября, согласна вернуться в Нир-Оз только при условии, что ряд разрушенных домов напротив ее будущего жилья останется нетронутым. Ренгана Гома Яаков предлагает компромиссный вариант: внешнюю облицовку зданий, которая позволит жить рядом с ними, не травмируя психику, но сохранит внутреннюю обстановку нетронутой.

«Я думаю, что мы посмотрим на наших детей и внуков через 20 лет и спросим себя, что мы оставили, чтобы продемонстрировать ужас того дня», — отмечает Ренгана Гома Яаков.

Специальная профессиональная группа помогает общине взвешивать альтернативы, включая частичное сохранение, маскировку объектов и перенос защищенных комнат (мамадов) и мемориальных зон за пределы кибуца. Окончательное решение предстоит принять членам кибуца путем голосования.