Операция «Исфахан»: риски наземной операции США против Ирана
Несмотря на заявления президента США Дональда Трампа о возможности переговоров, наращивание американского военного присутствия на Ближнем Востоке вызывает опасения по поводу возможной наземной эскалации. Эксперты предупреждают, что любой сценарий вторжения в Иран чреват огромными потерями и затяжным конфликтом.
Несмотря на публичные намеки президента США Дональда Трампа на возможные переговоры по завершению американо-израильского противостояния с Ираном, тысячи морских пехотинцев и дополнительные военные корабли США направляются на Ближний Восток. Это масштабное развертывание вызывает волну спекуляций относительно того, может ли Белый дом попытаться перевести конфликт, уже дестабилизирующий мировые энергетические рынки, в фазу наземной кампании.
Однако комплексный анализ, опубликованный в журнале «Newsweek», недвусмысленно предостерегает: любой сценарий вторжения будет иметь тяжелую кровавую цену, которая может затмить даже американское участие в Ираке в 2003 году. Эксперты указывают на ряд вариантов — от точечного захвата островов до высадки десанта вглубь территории Исламской Республики.
Первый сценарий предполагает захват острова Харг, главного центра экспорта энергоносителей Ирана. Дональд Трамп ранее отдавал приказы об ударах по острову, и бывший офицер разведки Бен Конэбл полагает, что морские пехотинцы, высаженные с вертолетов V-22, могли бы быстро взять объект под контроль. Вместе с тем Джозеф Вотел, бывший генерал и командующий Центральным командованием США, пояснил «Newsweek», что настоящим вызовом станет не сам захват, а защита сил от крылатых ракет и беспилотников, которые без надежного воздушного прикрытия превратят американских морпехов в «мишени в тире».
От захвата побережья до полномасштабного вторжения
Более амбициозный сценарий включает обширный захват южной прибрежной полосы для обеспечения безопасности Ормузского пролива. Такая сложная операция потребует огромных сил, включая 82-ю воздушно-десантную дивизию и подразделения рейнджеров, а также обяжет к взятию крупных городов, таких как Бендер-Аббас с населением более полумиллиона человек. Это создает явную опасность городской партизанской войны при противостоянии силам Корпуса стражей исламской революции и местным ополчениям. Конэбл напоминает, что в предыдущих войнах в Персидском заливе иранские силы доказывали способность организовывать контратаки даже после массированных бомбардировок.
Третий вариант фокусируется на иранской ядерной программе. Несмотря на заявления Дональда Трампа о том, что она была «полностью уничтожена», по оценкам западных разведок, значительное количество обогащенного урана все еще находится глубоко под землей на объекте в Исфахане. Операция по извлечению материала потребует высадки спецназа на сотни километров вглубь территории противника. Эксперты предупреждают, что такая миссия займет много времени, что позволит иранским силам стянуть подкрепления со всей страны и установить смертельную осаду для эвакуационных групп.
Наконец, над всем этим довлеет сценарий полномасштабного вторжения. География Ирана, который по площади больше штата Аляска и изобилует горными хребтами, непроходимыми для бронетехники, превращает наземную операцию в кошмар для любого военного планировщика. Али Бакери Долатабади, профессор Университета Ясуджа, предупреждает, что «вступление в наземную войну означает погружение в зыбучие пески».
Илан Гольденберг, бывший высокопоставленный чиновник Пентагона, напоминает, что население Ирана составляет 90 миллионов человек, что в четыре раза больше, чем было в Ираке. «Достаточно того, чтобы всего двадцать процентов населения поддержали режим, чтобы создать абсолютный кошмар на долгие годы», — резюмирует он. «Это неосуществимо с военной точки зрения, если только Америка не готова сражаться там в течение следующих двадцати лет без какой-либо внятной цели». Белый дом отказался от комментариев.
