Под наблюдением: жизнь футболисток сборной Ирана после возвращения домой

Женская сборная Ирана по футболу вернулась с матчей Кубка Азии 19 марта в реальность войны и неясного будущего после того, что было воспринято как акты протеста во время турнира. С момента их возвращения иранский режим, который, возможно, был занят тяжелым ударом по армии, флоту, возможностям беспилотников и ядерной программе в результате действий США и Израиля, почти не трогал футболисток, однако источники полагают, что они находятся под плотным надзором.

«Похоже, что они в порядке», — заявил источник, который на этой неделе общался с большинством игроков сборной для «Нью-Йорк Пост». — «Теперь, когда действует соглашение о прекращении огня, они рассказали, что возвращаются к тренировкам, ходят в кафе. Они также делают публикации в социальных сетях, но очень осторожны в том, что пишут».

Наряду с этим, бывшая перебежчица из страны утверждает, что режим, который проводил казни спортсменов, не подчинявшихся ему, в том числе с начала войны 28 февраля, как ожидается, будет оказывать давление на футболисток и членов их семей. «Я не думаю, что кто-то действительно верит, что жизнь вернулась в привычное русло», — сказала Зохара Абдулхани, бывшая участница сборной Ирана по скалолазанию, которая бежала из страны и основала организацию Human Rights for Sport со штаб-квартирой в Осло. — «Мы можем предположить, что все их коммуникации находятся под наблюдением, а члены их семей мужского пола подвергаются давлению. Это то, что происходило в прошлом, и, вероятно, происходит сейчас».

Путь женской сборной на чемпионат Азии в Австралии начался с бури, когда футболистки отказались петь национальный гимн перед матчем открытия против Южной Кореи 2 марта. Отказ был воспринят как выражение солидарности с жертвами подавления в стране и привел к тому, что государственное телевидение Ирана поначалу назвало их «предательницами во время войны».

После того как они выбыли из турнира по итогам трех матчей, пять футболисток попросили политическое убежище в Австралии и получили гуманитарные визы. Позже к ним присоединились еще одна футболистка и сотрудник штаба, так что число просителей достигло семи. Тем не менее, к моменту отъезда сборной из Австралии 10 марта пять футболисток отозвали свои просьбы об убежище и вернулись в Иран после того, как режим угрожал членам их семей в стране.

Две футболистки, оставшиеся в Австралии, Фатима Пасандида и Атефе Рамазанизаде, начинают сейчас свою новую жизнь, но все еще не готовы давать публичные интервью, согласно источникам, близким к ним.

С момента возвращения сборной в Иран было дано только одно интервью, когда две футболистки поговорили с сетью «Аль-Джазира». Игрок сборной Мона Хамуди рассказала, что с момента их прибытия в Австралию на них оказывалось давление со стороны противников режима, которые требовали от них занять позицию против иранского правительства.

«Эта дилемма вызывала у меня постоянную тревогу, потому что у любого выбора были последствия для моей жизни, моей семьи и моей спортивной карьеры», — сказала Хамуди. — «Я стала лучше понимать социальное и политическое давление вокруг меня и осознала важность поддержки семьи и национальных обязательств при столкновении с кризисами».

Зохра Сарбали, которая также отозвала просьбу об убежище, говорила о «преследованиях и постоянном наблюдении со стороны СМИ и социальных сетей, ожиданиях и давлении со стороны иранской общины в Австралии».

По возвращении в Иран футболистки удостоились торжественного приема, который включал получение цветов перед большой толпой, размахивавшей флагами и приветствовавшей их, как запечатлено на видео, опубликованных в «Аль-Джазире». Тем не менее, противники режима утверждают, что футболистки и члены их семей продолжат находиться под надзором и тяжелым давлением, особенно в преддверии их следующих матчей.

Абдулхани, чья организация документирует нарушения в отношении иранских спортсменов, упомянула также случай Биньямина Нагди, 26-летнего чемпиона по кикбоксингу, который находится под непосредственной угрозой казни после того, как оказал сопротивление при аресте во время протестов против режима в начале этого года. По ее словам, его «принудительное признание» было показано по иранскому телевидению, а его семью попросили забрать его вещи из тюрьмы.

Несмотря на двухнедельное прекращение огня, Абдулхани не верит, что это окажет влияние на спортсменов, заключенных в стране, которым грозят пытки и даже смерть. «Прекращение огня — это соглашение между Израилем, Ираном и США», — сказала она. — «Оно не между иранским народом и исламским режимом».

В прошлом месяце в Иране казнили 19-летнего борца Салеха Мохаммади через публичное повешение. По словам Абдулхани, более 200 иранских спортсменов были убиты режимом в этом году после их участия в протестах против него.