Пробелы в защите и «русская рулетка»: как живут в Метуле в разгар войны
Жители Метулы, вернувшиеся в свои дома, продолжают жить под постоянной угрозой обстрелов. Несмотря на отсутствие полной безопасности, они стремятся поддерживать привычный уклад, считая, что сильный гражданский тыл необходим для победы ЦАХАЛа.
Грузовик, полный коробок, стоящий у дома Ави и Мейрав Надив в Метуле, символизировал для них окончание двух с половиной лет эвакуации после того, как противотанковые ракеты «Хезболлы» разрушили их дом и уничтожили имущество. «Мы вернулись домой», — торжественно объявил Ави с радостью, смешанной с тревогой перед лицом новой кампании. В начале недели грузчики перевезли немногочисленные пожитки семьи, накопленные за годы, прошедшие с момента их бегства 7 октября 2023 года. Они не могли представить, что вернутся в свой дом в разгар войны, когда Метула вновь находится под обстрелами и атаками БПЛА. «Мы очень надеемся, что это была наша последняя эвакуация, — сказал Ави. — Я доверяю ЦАХАЛу, что они выполнят свою работу и нанесут такой удар, чтобы здесь было тихо как минимум пятьдесят лет. «Хезболла» должна разоружиться. Мы больше не можем терпеть эти раунды противостояния».
На главной улице поселения, которое в этом году празднует 130-летие со дня основания, в «Кафе Белла» кофемашина не перестает работать. Йонатан Дэвис, основавший это место со своей партнершей Мири за четыре месяца до начала войны, отказывается поддаваться ситуации и прилагает усилия для поддержания рутины. «Сюда приходят солдаты, журналисты со всего мира и местные жители, — рассказал он. — В пятницу здесь подают халу со шницелем, пиво и арак. Собирается «парламент» поселения — люди в возрасте от 13 до 85 лет».
Капучино на линии огня
Лиат Коэн Равив, жительница поселения и председатель организации «Мицпиним», объясняет философию жизни под огнем: «Это не идеальная реальность, и, конечно, не самое безопасное место, но рядом есть убежище». По ее словам, в Метулу вернулось меньше жителей, чем в другие приграничные населенные пункты. «Тот, кто вернулся, сделал это решительно, понимая, что сильный гражданский тыл — условие для победы. Нам важно, чтобы солдаты, которые сидят в ливанской грязи, видели нас живущими. Если тыл парализован, страдает военный моральный дух и выполнение боевых задач».
Реальность в Метуле остается напряженной: в прошлую войну каждый автомобиль и каждый человек на улицах находились под наблюдением «Хезболлы» и под прицелом противотанковых ракет. На этой неделе мы видели жителя, совершающего пробежку вдоль пограничного забора. Михаэла и Цвика Горовиц также используют моменты тишины для прогулки с собакой по кличке Бонд. «Во время эвакуации мы были в Тверии. Мы не представляли, что вернемся сюда во время войны», — рассказала Михаэла. На прошлой неделе благодаря пожертвованиям они выезжали на «дни освежения». «Мы просто хотели поспать в тишине, не просыпаясь от сирен и стрельбы», — добавил Цвика.
Цвика, представитель третьего поколения жителей Метулы, описывает, как тревога стала частью быта: «Собака бежит в МАМАД первой, прыгает мне на руки и лает, требуя убежища. Как младенец».
Давид Азулай, глава местного совета, управляет рисками в поселении самостоятельно, не дожидаясь указаний из Иерусалима. «Позавчера 250 наших жителей вернулись из Эйлата после пятидневного отдыха. Мы готовимся провести общинный пасхальный седер в Тверии, — рассказал Азулай. — До настоящего времени около 700 жителей уже выезжали на «циклы освежения». Накануне войны в Метуле проживало 1200 человек, вернулось около 60 процентов. С начала боевых действий около 50 семей снова эвакуировались». Глава совета призывает жителей оставаться в домах и сократить поездки за пределы поселения. «Дороги и сельскохозяйственные угодья не покрыты «Железным куполом», и это как русская рулетка», — подытожил он.
