Протезы и крылья: история мужества

Несколько лет назад я приехал в зал прилета аэропорта Бен-Гурион, чтобы встретить свою дочь, возвращавшуюся из поездки за границу. С увеличением времени ожидания и сопутствующей скукой мы с отцом её подруги, который также является членом нашей семьи, решили купить огромный букет шаров, чтобы приумножить радость. Наши жены лишь качали головами, глядя на нас, а мы стояли в напряжении, когда над нашими головами развевался невероятно преувеличенный букет шаров, и были очень довольны собой.

Вдруг двери открылись, и из них вышел уставший, но улыбающийся Лираз Зеира. Лираз — посланник Хабада в районе нашего проживания, он также руководит отделением «Хабад в кампусе» в Иерусалиме и управляет «Бейт Авиад», известным каждому студенту. Я знал, что он вернулся после визита в центр Хабада в Нью-Йорке. Мы не близкие друзья, но я глубоко его уважал. В момент озорства, ставшего плодом утомительного часового ожидания, я схватил своего друга за руку, мы направились к Лиразу с шарами, и я провозгласил ему на ухо: «От имени жителей района Рехавия мы приветствуем тебя, бла-бла-бла».

Пока мы лопались от смеха, я заметил нечто захватывающее: Лираз поверил. На какое-то долгое мгновение он действительно поверил. Потом он понял шутку и рассмеялся вместе с нами, но вначале он принял это всерьез. Я уверен, что он поверил, и знаю почему: этот человек живет в своем собственном кино. В самом позитивном смысле. Он глубоко погружен в дело своей жизни и свою миссию. Он празднует её и живет ею, и она наполняет его до краев. Внутри этого праздника ему показалось вполне естественным, что двое соседей придут с шарами, чтобы сказать «Шалом алейхем» посланнику, возвращающемуся из дома Ребе. Это казалось само собой разумеющимся.

Лираз в последнее время стал очень знаменитым. Проследите за его историей и его делом — фильм, в котором он живет, получил в последние месяцы совершенно невероятное продолжение.

В прошлый исход субботы я сидел напротив него в «Бейт Авиад» в Иерусалиме. Он стоял на паре протезов и рассказывал с покоряющей улыбкой и сияющими глазами о своих последних шести месяцах, с тех пор как потерял обе ноги, наступив на старую гранату в последний день своей добровольческой резервистской службы на Голанских высотах. Путь, который он прошел с того момента, — это сумасшедшие американские горки надежды и отчаяния, неописуемого физического и душевного труда, вдохновляющего в самом простом смысле этого слова. И он прошел его, победив по-крупному. Благодаря своему внутреннему «фильму».

Огромный человек, с густой белой бородой, с добрым и чистым лицом, стоит, покачиваясь на двух железных стержнях, и рассказывает, как в тот момент, когда он услышал над собой голос комбата, подтверждающего потерю ног, он сказал себе: «Опа, начинается новая миссия». А затем он добавил: «Я чувствую, что у меня забрали ноги, но вместо них мне дали крылья». И это прозвучало настолько достоверно, что я почти увидел за его спиной крылья. И вдруг мне показалось таким естественным зашагать к нему и к его жене Анат с огромным букетом шаров от имени всего района. От имени всего народа Израиля.