«Пудра» Газы лучше грязи Ливана: раненые бойцы возвращаются в строй
Танк бойцов 401-й бригады был подбит противотанковой ракетой во время их первой операции в Южном Ливане. Несмотря на ранения, сержант А., сержант Р. и ефрейтор Й. вернулись к боевой службе, подчеркивая, что их долг — защищать страну и свои семьи.
Когда носилки с сержантом А., бойцом 46-го батальона 401-й бригады, чьи голова и тело были покрыты ожогами и осколками, поднимали на борт вертолета для эвакуации в больницу «Рамбам» в Хайфе, он не верил, что так быстро вернется к своему экипажу. Спустя четыре недели после того, как его танк попал под огонь ПТУР в Южном Ливане, А. вернулся к боевой службе и вновь пересек границу.
«Я не думал, что смогу так быстро вернуться к друзьям и к танку, но у меня не было сомнений, возвращаться ли сюда, — рассказал он. — Я призвался, чтобы быть бойцом, и я хочу быть здесь». Экипаж все еще в неполном составе: командир А. получил тяжелое ранение и проходит реабилитацию.
Сержант А. (19 лет, из Эйлата) был ранен в начале месяца в районе городка Мейс-эль-Джабаль, когда террористы «Хезболлы» выпустили более 10 противотанковых ракет по двум позициям ЦАХАЛ. Обстрел велся с глубины 7–8 километров. Пресс-служба ЦАХАЛ тогда сообщила, что офицер бригады «Гивати» получил тяжелое ранение, а боец — ранение средней степени тяжести.
Теперь стала известна история находчивости экипажа, сумевшего выбраться из горящего танка. «Мы очень волновались, впервые вступая в бои в Ливане, — вспоминает ефрейтор Й. (19 лет) из кибуца Эврон. — Мы были на позиции «мигнан» (защищенная стоянка), когда почувствовали мощнейший взрыв, и танк заполнился дымом. Мы доложили по связи о попадании ракеты и задействовали системы пожаротушения, чтобы не задохнуться».
Й. не пострадал и готов продолжать службу. «Наша задача — принести тишину на Север. Я живу здесь, знаю, что моя семья каждую ночь проводит в МАМАДе, и осознаю, что защищаю не только страну, но и своих близких. Это придает сил», — добавил он.
Сержант Р. из кибуца Мегиддо, за плечами которого также опыт боев в секторе Газа, рассказал, что сообщил родителям о попадании в танк только вечером, когда уже был на израильской территории. «Они не хотели, чтобы я служил в бронетанковых войсках, мама очень тревожится, но папа понимает и просит беречь себя», — поделился он.
На вопрос о том, где сложнее — в Газе или Ливане, Р. улыбается, глядя на свои тяжелые от грязи ботинки: «Мы танкисты, для нас это привычно. Но насколько бы плохой ни была «пудра» Газы, она лучше, чем грязь Ливана».
