США предъявили Ирану 36-часовой ультиматум
США установили Ирану дедлайн для выполнения условий прекращения огня, включая открытие Ормузского пролива. Послание было передано на фоне опасений из-за нарушений режима тишины и растущего давления на Тегеран с целью выполнения обязательств.
Переговоры, которые привели к прекращению огня, завершились соглашениями лишь в последние часы. Это свидетельствует о сильном давлении на руководство Ирана в преддверии реализации угрозы Дональда Трампа нанести удары по электростанциям, сообщил американский политический источник, осведомленный о ходе контактов. По его словам, США потребовали подтверждения обязательств от всех высокопоставленных представителей режима, зная, что руководство Корпуса стражей исламской революции выступает против перемирия. Американскую сторону успокоило письменное послание верховного лидера Моджтабы Хаменеи, подтверждающее условия и предписывающее всем представителям режима их соблюдать.
Эта информация примечательна тем, что, по всей видимости, свидетельствует о способности Хаменеи функционировать, несмотря на ранение. Иранская сторона ссылалась на проблемы со связью с частью подразделений, что якобы затрудняло передачу приказа, однако продолжение обстрелов стран Персидского залива вызвало гнев Вашингтона. Ирану было разъяснено, что у него есть 36 часов на выполнение условий: открытие Ормузского пролива и полное прекращение огня.
Отдельным пунктом разногласий остается Ливан. Этот вопрос не был согласован, что подтвердил президент США в разговоре с Биньямином Нетаниягу в ночь объявления о прекращении огня. Иран угрожал не открывать пролив, если Израиль не прекратит атаки на «Хезболлу».
Прекращение огня под давлением
Нынешнее прекращение огня, которое стало в некоторой степени неожиданным, не обязательно означает окончание войны, и неясно, приведет ли оно к достижению целей, заявленных в начале операции. Отсутствие точной информации о деталях соглашений и расхождения в заявлениях сторон требуют осторожности в оценках.
Дональд Трамп объявил о прекращении огня за два часа до истечения ультиматума. Его заявление носило оптимистичный характер, однако на деле речь идет о двухнедельном перемирии для ведения переговоров.
Соглашение предполагает прекращение огня со стороны Ирана и в отношении Ирана, хотя Корпус стражей исламской революции продолжил ракетные пуски и после объявления. Тегеран должен обеспечить судоходство в Ормузском проливе и разрешить проход танкеров и грузовых судов. Таким образом, Иран принял базовые условия США, отказавшись от требований о полном прекращении огня и резолюциях Совета Безопасности.
Открытые вопросы
Американская сторона согласилась вынести вопросы ядерной программы, прокси-группировок и ракетного вооружения на переговоры, которые пройдут в ближайшие две недели. Согласно сообщениям канцелярии премьер-министра, США обязались перед Израилем и странами Персидского залива добиваться поставленных целей в ходе этого процесса.
Стороны демонстрируют существенные расхождения в трактовках. Иран утверждает, что были приняты десять представленных им пунктов, однако на деле речь идет об американском позиционном документе, который стороны договорились обсудить. По словам американцев, пункты, опубликованные в иранских СМИ, отличаются от тех, что обсуждались в ходе контактов.
Вопрос ядерной программы, который был в числе приоритетов Трампа, остается одной из главных неизвестных. Президент США заявил, что ожидается совместная американо-иранская операция по обнаружению остатков обогащенного урана. Высокопоставленный американский источник отметил, что США будут настаивать на постоянном контроле над объектами, передаче не захороненного урана, запрете на обогащение на территории Ирана и прекращении военного ядерного проекта.
Достижения на фоне сложной реальности
Вопрос Ормузского пролива также остается неясным: Трамп говорил о полной свободе судоходства, но в ряде сообщений утверждалось, что Иран или Оман смогут взимать плату за проход. Американский источник опроверг наличие такого разрешения, хотя сам Трамп допустил возможность взимания совместного сбора.
Ракетная угроза не была устранена полностью, но значительно сократилась: опасения сотен запусков в день сменились единичными инцидентами. Тем не менее, даже эти пуски нарушают повседневную жизнь в Израиле и странах Персидского залива. Осознание невозможности полностью предотвратить ракетный огонь, вероятно, стало одной из причин согласия на прекращение огня.
Иран ослабевает — но выживает
Иран выходит из кампании значительно ослабленным экономически и в военном отношении. Ущерб оценивается в десятки и сотни миллиардов долларов, целые отрасли экономики были уничтожены, ликвидированы сотни высокопоставленных лиц, включая верхушку режима.
Однако режим выжил и, как ожидается, немедленно начнет процесс восстановления. Если будет достигнуто соглашение, включающее снятие санкций, позиции властей могут укрепиться на многие годы. Если же санкции сохранятся, экономическое давление может привести к краху. Иран представляет прекращение огня как победу, однако это утверждение вряд ли выдерживает проверку реальностью.
Региональная тревога и последствия на будущее
В Израиле царит тревога, несмотря на успокаивающие сообщения канцелярии премьер-министра. Израиль намерен продолжать действовать в Ливане, подчеркивая необходимость разъединения фронтов и пытаясь включить прекращение иранской поддержки террористических организаций в рамки соглашения.
Страны Персидского залива также обеспокоены. Они надеялись на крах режима или его драматическое ослабление, а теперь опасаются соглашения, которое позволит Ирану получить контроль над Ормузским проливом, и снятия санкций, возвращающего ему экономические ресурсы. Параллельно в регионе распространяется нарратив о том, что Иран капитулировал под давлением.
Переговоры, которые начнутся на этой неделе при пакистанском посредничестве, могут определить дальнейшее направление. Ключ находится в руках США — в их способности справиться с иранской стратегией затягивания времени. Главный вопрос остается открытым: как будет действовать Вашингтон, если Иран откажется от базовых требований, особенно на фоне отсутствия явной мотивации к возобновлению боевых действий.
