Стена Плача — это ступень на пути к Храмовой горе

Канун Девятого ава — подходящий момент для исправления распространенного, а порой и намеренного искажения, которое допускают политики в отношении Стены Плача. Это заблуждение, за которое охотно цепляются противники Израиля: вопреки расхожему мнению, Стена Плача не является самым святым местом для еврейского народа. Данная тема позволяет глубже вникнуть в суть спора и ненужного соперничества между Храмовой горой, которая действительно является святыней, и Стеной Плача, которую сегодня посетят сотни тысяч верующих.

Стена Плача — это «малый храм», важнейшая и самая почитаемая из всех синагог, но это не место самого Храма и не его западная стена, а лишь западная подпорная стена комплекса Храмовой горы. Истинная причина, по которой евреи молятся здесь уже более тысячи лет, кроется в галахических и политических барьерах, препятствующих молитве на самой горе, а также в отсутствии разрушенного Храма, стоявшего на вершине. Стена Плача была и остается вынужденным решением, временной заменой горе. Молитва у её подножия подобна стоянию в прихожей, в то время как гора — это гостиная.

Галахическое постановление, от которого многие раввины сегодня отступили, соответствовало этому подходу, запрещая евреям подниматься на гору и оставляя их у её подножия. Эта точность, которой многие избегают, объясняет пренебрежительные отзывы некоторых сторонников Храмовой горы, называющих Стену «обычной подпорной стеной». С другой стороны, многие представители раввината, преимущественно ультраортодоксального, не ограничиваются галахическим запретом, а нападают на тех, кто поднимается на гору, вплоть до объявления им бойкота.

Этот спор излишен. Сторонники горы не понимают, что без масс, приходящих к Стене, они никогда не смогут утвердиться на горе и останутся там в одиночестве. Они отказываются признать, что нападки на Стену разрушают жизненно важные ступени, необходимые для восхождения, и что подавляющее большинство общественности ещё не готово к этому ни физически, ни ментально. Сторонники Стены, в свою очередь, не осознают, насколько они обязаны «хранителям огня» — тем, благодаря кому Храмовая гора не была забыта и не превратилась в чужую, отчужденную территорию.

Удерживать еврейский суверенитет в Иерусалиме без реального присутствия на Храмовой горе — это своего рода платоническая любовь. Такая позиция играет на руку тем, кто превратил гору и её мечети в конвейер по производству подстрекательства и террора, отрицая любую еврейскую связь с этим местом. Сторонники Стены, переставшие говорить о горе, рискуют обнаружить, что требования мусульман распространяются не только на вершину, но и на Стену внизу. Уже сегодня палестинское телевидение называет молитвы евреев у Стены грехом и осквернением. Те, кто отвергает Стену, подобны людям, плюющим в колодец, наполнившийся слезами поколений.

Борьба с указами британского статус-кво в прошлом веке, в которой участвовали такие фигуры, как раввин Кук и Итамар Бен-Ави, была не менее героической, чем нынешняя борьба за Храмовую гору. Евреи сидели в тюрьмах из-за своей преданности Стене. Возможно, правильный баланс кроется в словах профессора Бориса Шаца, основателя школы искусств «Бецалель». Он объяснял британцам: пока отец был жив, его одежда не казалась чем-то особенным, но после смерти каждое воспоминание о нём, включая одежду, стало святым. Так и Стена — это не отец и не его замена, это «одежда», память. И нужно быть осторожным, чтобы не перепутать её с самой горой.