Исследователь TAU предложила реформировать систему пенсионных сбережений
Новый документ Тель-Авивского университета указывает на риски сверхконцентрации 3 триллионов шекелей пенсионных накоплений и предлагает разделить кастодиальные услуги банков, инвестиционный менеджмент и страхование.
Концентрация долгосрочных сбережений израильтян в руках небольшого числа институциональных гигантов создает системные риски для населения. К такому выводу пришла исследователь финансового регулирования д-р Тал Хафлинг в новом аналитическом документе, опубликованном Тель-Авивским университетом под эгидой Института Сафра.
Проблема институционального единообразия
Согласно документу под названием «Обязательные пенсионные сбережения: предложение по диверсификации продуктов и фрагментации инвестиционного портфеля населения», главная проблема израильской пенсионной системы заключается не только в концентрации активов в руках считанных мегаструктур, но и в полной однородности методов управления государственными деньгами. Сектор долгосрочных сбережений, оцениваемый в 3 триллиона шекелей, контролируется ограниченным числом финансовых групп, где ключевые решения принимаются узким кругом инвестиционных комитетов.
В результате 3 триллиона шекелей фактически инвестируются в соответствии со взглядами горстки управляющих, подверженных стадному эффекту. Имея практически идентичные портфели, вкладчики оказываются уязвимы перед лицом системных рисков и возможных ошибок управления. К концу 2025 года пять крупнейших страховых компаний — «Менора Мивтахим», «Харэль», «Мигдаль», «Клаль» и «Феникс» — управляли в совокупности 88% активов новых пенсионных фондов: на долю одной «Меноры» приходилось 27% рынка, «Харэль» и «Мигдаль» контролировали по 17%, «Клаль» — 15%, а «Феникс» — 12%. На долю четырех ведущих инвестиционных домов («Мейтав», «Альтшулер Шахам», «Мор» и «Инфинити») в сумме приходилось лишь 11% рынка.
Раздробление пенсионного продукта
Хафлинг предлагает простое решение для преодоления сверхконцентрации — демонтаж монолитного пенсионного продукта на отдельные компоненты: операционное обслуживание и кастодиальное хранение, управление инвестициями и страховое покрытие. Вместо того чтобы все три услуги предоставлялись одним и тем же учреждением, вкладчик сможет хранить свой «пенсионный кошелек» в надежной структуре (например, в банке), выбрать стороннего профессионального управляющего активами, а страхование оформить через страховую компанию.
«Мое исследование началось в двух ипостасях: с одной стороны — как клиентки, с другой — как исследователя, — рассказала Хафлинг изданию «Калькалист». — Как клиентка я искала способ управлять своими пенсионными накоплениями и обнаружила, что из-за жестких регуляторных циркуляров невозможно понять, что именно находится внутри инвестиционных маршрутов. Если клиент пытается разобраться, что он покупает, у него нет такой возможности. Вам кажется, что ваш портфель состоит на 60% из акций и на 40% из облигаций, но в деталях оказывается, что в акциях есть облигации, в облигациях — акции, а везде вместе — массивные депозиты».
Пересмотр итогов реформы Бахара
Новый документ фактически бросает вызов одному из фундаментальных принципов израильской финансовой системы, заложенному в ходе реформы Бахара в середине 2000-х годов. Тогда законодатели стремились отлучить банки от управления кассами взаимного финансирования и взаимными фондами, чтобы минимизировать конфликты интересов и концентрацию финансовой власти, после чего сбережения перешли от банков к институциональным игрокам.
При этом Хафлинг не предлагает возвращать банкам функции инвестиционного планирования. По ее задумке, банки должны выполнять роль технологической инфраструктуры для «пенсионного кошелька» — ведения счетов, налогов и операций, — тогда как управление инвестициями останется прерогативой независимых специалистов. Это позволит распределить центры принятия решений, расширить продуктовую линейку и снизить риски для национальной экономики.
