Трамп критикует союзников за отказ помочь в обеспечении безопасности Ормузского пролива

Президент США Дональд Трамп усилил сегодня вечером (в понедельник) давление на своих союзников, чтобы те присоединились к усилиям по открытию Ормузского пролива, и заявил, что страны, которые защищают США, отказались помогать.

«У нас есть 45 тысяч солдат, которые защищают их уже 40 лет, и мы спросили: есть ли у вас минные тральщики? Они ответили: "Мы предпочитаем не вмешиваться"», — рассказал он. — «Я хочу, чтобы все помнили то, что было сказано. Я всегда говорил, что мы будем защищать их, но если нам когда-нибудь понадобится помощь, их не будет рядом с нами. Я знал это давно».

Трамп, выступая на заседании совета директоров Центра Кеннеди в Вашингтоне, утверждал, что Иран превратился в «бумажного тигра» и что его возможности в проливе практически полностью уничтожены: «Мы уничтожили все 30 их минных заградителей. Все они на дне моря». Он добавил, что США «даже не уверены, что они вообще ставили мины», и что любой, кто сделает это, совершает «своего рода самоубийство».

Наряду с этим он утверждал, что страны, которые зависят от нефти из Залива гораздо больше, чем США, должны быть на переднем крае усилий: «Мы получаем менее процента нашей нефти из пролива. Япония получает 95%, Китай — 90%, Южная Корея — 35%. Пусть они придут и помогут». Трамп сказал, что «многие страны» уже сообщили ему, что они в пути, но не назвал их имен. «Уровень энтузиазма», — подчеркнул он, — «важен для меня».

На вопросы журналистов он добавил, что предпочитает не называть страны, которые согласились: «Мы объявим об этом», но сказал, что некоторые из них «действительно полны энтузиазма и начали приводить вещи в движение, иногда нужно пересечь океан», в то время как «одна-две не сделают этого, несмотря на то, что мы защищали их 40 лет». О Франции он сказал, что разговаривал с Макроном и поставил ему оценку: «По шкале от 0 до 10 — примерно 8. Не идеально, но это Франция, от нее не ожидают идеала. Я думаю, он поможет».

В отношении Великобритании он вновь высказал критику: «Я был очень удивлен. Их защищают и помогают им с Украиной, мы не обязаны этого делать. Мы попросили два авианосца, и они этого не сделали, а после того как Иран был уничтожен, сказали, что готовы. Я не был доволен Великобританией».

Слова Трампа прозвучали на фоне абсолютного отказа континента присоединиться к его призыву защитить судоходство в Ормузском проливе. «Это не наша война, не мы ее начали», — заявил вчера министр обороны Германии Борис Писториус. «Чего Трамп ожидает от горстки европейских фрегатов, чего не в состоянии сделать могучий американский флот?»

Кризис в Заливе, резкая смена тона президента и прохладная реакция Европы демонстрируют не только разрыв между Вашингтоном и столицами континента в вопросе войны, но и глубину кризиса в трансатлантических отношениях. С самого начала война обнажила раскол между Европой и США: Испания отказалась разрешить США использовать совместные базы в Роте и Мороне, что привело к угрозам Трампа разорвать с ней торговые отношения.

Даже близкий союзник, Великобритания, ограничила использование США своих баз на Британских островах и в Индийском океане оборонительными миссиями. Трамп высмеял Стармера, заявив, что «это не Уинстон Черчилль, с которым мы имеем дело», и также высмеял возможность того, что Великобритания отправит авианосец в регион: «Они нам больше не нужны».

Однако тем временем ситуация осложнилась. Корпус стражей исламской революции реализовал то, что годами воспринималось как иранское «оружие Судного дня», и установил блокаду Ормузского пролива, через который проходит пятая часть мировой нефти. Несмотря на уничтожение иранского флота, сочетание беспилотников, противокорабельных ракет и морских мин оказалось достаточным для того, чтобы страховые компании перестали страховать судоходство в регионе, и движение в проливе рухнуло. Цена на нефть выросла, топливо в США подорожает, а давление в странах Залива зашкаливает.

Кризис заставил Трампа обратиться к союзникам и даже к Китаю с призывом участвовать в усилиях по открытию проливов. В субботу он призвал Китай, Францию, Японию, Южную Корею и Великобританию направить военные корабли, а днем позже в интервью Financial Times на борту Air Force One повысил тон: «Это только справедливо, чтобы тот, кто пользуется проливом, помогал следить за тем, чтобы там не случилось ничего плохого», — сказал он. Когда его спросили, что произойдет, если союзники откажутся, он пригрозил: «Я думаю, это будет очень плохо для будущего НАТО».

Они не были убеждены. Германия, как уже упоминалось, отказалась. Британский премьер-министр ясно дал понять, что его страна «не будет втянута в широкую войну в Иране», а Италия, Испания, Греция и Австралия также отклонили призыв. Япония сообщила, что решение об отправке кораблей не принято, а Китай, как и ожидалось, дал понять, что он вне этой истории. Франция придерживалась своей позиции относительно оборонительной миссии по завершении «горячей фазы» конфликта, и только Дания оставила лазейку, по крайней мере риторическую, для обсуждения вопроса, как и Южная Корея. Ни одна страна публично не обязалась направить корабли.

Верховный представитель ЕС по иностранным делам Кая Каллас заявила после встречи, что была «явная готовность» усилить присутствие в Красном море, но «на данный момент не было готовности менять мандат» и расширять его на Ормуз. «Это не война Европы», — пояснила она, — «мы работаем над дипломатическими решениями для пролива».

Сравнение с европейской реакцией в июне показывает, насколько пострадали отношения за последние месяцы: во время 12-дневной войны лидеры G7 заявляли, что «Израиль имеет право на самооборону» и что «Иран является основным источником нестабильности и терроризма в регионе». «Израиль делает за нас грязную работу», — сказал тогда канцлер Германии Фридрих Мерц. Именно Великобритания, Франция и Германия (страны E3) возглавили дипломатический шаг по введению санкций в рамках механизма «снэпбэк» в свете провала ядерных переговоров, что в конечном итоге и привело к военному столкновению.

Однако в период с июня по февраль воды в Атлантическом океане становились все более мутными. Трамп угрожал захватить Гренландию и ввести пошлины против стран, которые этому противились, оскорблял солдат НАТО, воевавших в Афганистане, утверждая, что они «остались немного позади, немного далеко от линии фронта», документ национальной безопасности администрации продолжал наносить удары по правительствам континента, а также продвигал соглашение с Путиным, которого в Европе и Украине опасались, что оно будет заключено за их счет. К моменту начала войны в Иране отвращение континента к Вашингтону никогда не было выше. Также ощущение в мире, что война «застряла», в отличие от лета, не способствует мобилизации.

Для Израиля и США такое состояние отношений — дело плохое. Германия, пожалуй, самый яркий пример: в начале войны Мерц полностью поддерживал операцию, выражал «облегчение» по поводу приближающегося конца режима аятолл и даже удостоился похвал от Трампа на встрече в Белом доме, в то время как президент оскорблял Испанию и Великобританию. 10 марта Мерц предупредил об «опасной эскалации» и о том, что «нет общего плана завершения войны», а вчера представитель его правительства пояснил, что война в Иране «не имеет никакого отношения к НАТО».

США могли бы пользоваться поддержкой удобного правительства в Берлине и Риме, но вместо этого лидерство на континенте переходит к таким лидерам, как Педро Санчес, который сделал противодействие войне и Израилю своим знаменем, и Эммануэль Макрон, который пытается сформировать независимую европейскую инициативу. Для Израиля, для которого Европейский союз является основным торговым партнером, это также не обнадеживающее событие.

Но и Европа не может позволить себе сделать обиду своим знаменем. Значительная часть ее сжиженного газа поступает из Катара через Ормуз, цены на газ на континенте уже подскочили на десятки процентов, и по мере затягивания кризиса он направляет деньги в казну Путина и ослабляет усилия по поддержке Украины.

Премьер-министр Бельгии Де Вевер уже призвал в конце недели нормализовать отношения с Россией и «вернуть Европе доступ к дешевой энергии», и потребовал, чтобы Европа сама вела переговоры: чтобы не дать «американцам подтолкнуть Украину к принятию соглашения. И я уже могу сказать, что это будет плохое соглашение для нас». Если война в Иране продолжит толкать Европу в этом направлении, последствия могут выйти далеко за пределы Ормузского пролива.