Цена протеста: время для самоанализа внутри харедимного общества
События у тюрьмы №10 должны стать поводом для серьезных размышлений внутри харедимной общины. Когда протест перерастает в насилие и столкновения, это перестает быть вопросом имиджа и становится серьезной внутренней угрозой.
Есть моменты, когда протест перестает быть просто выражением гражданской позиции и превращается в испытание для общества, которое его проводит. Именно это произошло на текущей неделе в Бейт-Лиде у тюрьмы №10 и рядом с домом юридического советника правительства Гали Бахарав-Миары.
Я не считаю, что нужно извиняться за сам факт протеста. Общество, чувствующее несправедливость по отношению к себе, имеет право выходить на улицы, выражать несогласие и оказывать давление. Протест — это право, а порой и обязанность. Однако право на протест не освобождает харедимное общество от двух вопросов: насколько это правильно и насколько это разумно?
События в Бейт-Лиде должны беспокоить нас в харедимной общине именно по этой причине: когда протест превращается в вырывание заборов, столкновения и насилие, это уже не вопрос того, «как это выглядит со стороны». Цена происходящего гораздо выше.
Внешне эти кадры лишь углубляют раскол между харедимным и остальным израильским обществом. Можно утверждать — и порой справедливо, — что харедимная общественность страдает от обобщений и одномерного восприятия. Но трудно требовать от окружающих понимания нашей сложности, одновременно предоставляя им кадры насилия и анархии.
Внутренне цена, возможно, даже опаснее. Тот, кто полагает, что можно высвободить агрессию по отношению к «правильному» адресу, а затем вернуть её обратно по своему желанию, рискует обнаружить, что вожжи уже не в его руках. Насилие не остается за забором тюрьмы или у дома оппонента. Получив легитимацию, оно просачивается в язык, в общину, в институты, а в конечном итоге — в отношения и в наши дома.
Рядом с домом юридического советника правительства мы также стали свидетелями потери контроля в поведении и выкриках. Там, как это порой бывает, уже был вынесен и «суд небесный»: звучали заявления о том, что у человека «нет доли в будущем мире».
Лишать других доли в будущем мире мы уже научились. Свою же, как кажется, мы принимаем как должное, даже когда язык становится агрессивным, а действия переходят все границы.
Возникает и другой вопрос: против кого мы протестуем и кому уступаем?
У нас тоже есть ответственность
Если мы дошли до ситуации, когда ешиботники, чья Тора — их ремесло, оказываются под арестом, и каждый хареди чувствует, что вся система ополчилась против него лично, ответственность лежит не только на юридическом советнике, полиции или армии. В течение многих лет харедимные политики просили доверия общественности и обещали урегулирование. Они обладали властью, входили в состав правительств, вели переговоры и давали обещания. Это результат, который мы получили. Возможно, стоит направить хотя бы часть разочарования и вопросов также в их адрес.
Завтра Девятое ава. Мы будем сидеть на полу и вспоминать о разрушении Иерусалима и беспричинной ненависти. Даже тогда, когда враг уже стоял у стен, внутри города евреи воевали с евреями, а фанатики сжигали продовольственные склады, пытаясь навязать свой путь. Они тоже были убеждены, что спасают город.
Протест может создать давление и, возможно, принести временные достижения, но прежде чем выходить на него, стоит спросить себя: не только что мы выиграем, но и что потеряем по пути.
Разрешено протестовать, бороться и объяснять то, что нам дорого и болезненно. Но если при этом мы расширяем ненависть снаружи и легитимизируем насилие внутри, стоит остановиться и спросить: защищаем ли мы все еще наш дом, нашу общину и наш народ — или начинаем разрушать их своими руками?
Автор — харедимная общественная активистка, основательница «Баашер телхи» и участница церемонии зажигания факелов на 68-й День независимости.
