«У них в руках заложник»: как может выглядеть возобновление кампании против Ирана
Если переговоры провалятся, администрация Дональда Трампа столкнется с дилеммой: ограничиться точечными ударами или перейти к затяжной кампании. В Тегеране тем временем укрепилось опасное ощущение собственной неуязвимости, что делает выбор стратегии для США и Израиля еще более сложным.
На этот раз всё не начнется с большого сюрприза. Ни внезапных залпов, ни драматических заявлений посреди ночи. Если кампания против Ирана возобновится, она начнется из чувства глубокого разочарования: США — из-за зашедших в тупик переговоров, Израиля — от ощущения, что предыдущая фаза была остановлена на полпути. Иранская верхушка вышла из конфликта с опасным убеждением, что им удалось пережить комбинированную атаку как «Большого», так и «Малого сатаны».
Это беспокоит экспертов, внимательно следящих за Тегераном. Бени Сабти, эксперт по Ирану из Института исследований национальной безопасности (INSS), описывает это как гибрис: иранцы верят, что Запад их опасается, Ормузский пролив стал эффективным заложником, а сам режим доказал свою жизнеспособность. «Неважно, что произойдет, мы остаемся и мы непобедимы», — так он описывает этот настрой.
Кампания, которая начнется с середины
В то время как переговоры пытаются спасти, американские военные готовят альтернативный вариант. Согласно сообщениям CNN, армия США формирует банк целей в районе Ормузского пролива и Персидского залива. Акцент делается на динамических объектах: быстроходных ударных катерах, минных заградителях и мобильных комплексах, позволяющих Ирану нарушать судоходство.
Однако в Вашингтоне понимают: одни лишь удары в районе пролива вряд ли приведут к его немедленному открытию. Можно временно снизить способность Ирана угрожать морским путям, но трудно превратить это в стратегическое решение. Чем больше объектов поражается, тем яснее становится, что действительно важные цели скрыты, а оставшиеся в банке целей объекты дают ограниченный эффект.
Краткий удар или затяжное втягивание
«Нет никакого фокуса-покуса», — говорит Дэнни Ситринович, старший научный сотрудник INSS и бывший глава иранского отдела в исследовательском управлении АМАН. По его словам, США стоят перед двумя основными вариантами. Первый — точечный ход: интенсивная атака на инфраструктуру, цели вокруг пролива и, возможно, ликвидация высокопоставленных лиц, срывающих соглашение. Например, Ахмада Вахиди, назначенного командующим Корпуса стражей исламской революции.
«Они проведут очень интенсивную, но сложную операцию, которая продлится от нескольких дней до недели, — поясняет эксперт. — По ее окончании посмотрят, прогнутся ли иранцы под те же условия. Если нет — просто закончат боевые действия, объявив о победе». Преимущество — краткость, недостаток — отсутствие гарантий реальных перемен.
Второй вариант — масштабный шаг: использование сухопутных сил, морской пехоты и, возможно, захват острова Харг. Это гораздо более значимая и долгая операция. Цель — подавление Ирана или принуждение к переговорам с позиции слабости. Однако здесь возникает риск американских потерь и переход к сражению без четкой точки выхода.
Остров как рычаг и ловушка
Харг — это «кислородная трубка» иранского нефтяного экспорта. Атака на него может спровоцировать резкий скачок цен на нефть и симметричный ответ Ирана против энергетической инфраструктуры в Саудовской Аравии или Израиле. Захват острова выглядит как более «чистый» ход, но Иран воспримет это как прямое посягательство на суверенитет, а Китай, зависящий от иранской нефти, будет внимательно следить за ситуацией.
Незавершенная миссия: ракетные города под землей
В центре сценариев стоит проблема иранского ракетного арсенала. По американским оценкам, Иран сохранил более 60% пусковых установок, спрятав их в бункерах и пещерах. Ситринович предупреждает: следующая кампания будет вестись не против застигнутого врасплох противника, а против системы, изучившей тактику американо-израильских атак.
Асаф (Пизер) Коэн, бывший заместитель командира подразделения 8200 и глава иранского направления в АМАН, отмечает, что единственный банк целей, который действительно остался — это энергетические объекты. Что касается ядерной сферы, Коэн предостерегает от иллюзий: «Бомбят цели только для того, чтобы что-то бомбить. Реальные ядерные мощности это не сдвигает».
Экономическое удушение
Есть мнение, что следующая кампания, если Дональд Трамп предпочтет избежать войны, будет не кинетической. Путь заключается в продолжении осады, углублении санкций и мобилизации международных партнеров. Элла Розенберг, эксперт по экономике террора из Иерусалимского центра по иностранным делам и безопасности (JCFA), подчеркивает: давление работает, только если оно соблюдается на всех уровнях — от банков до страховых компаний.
Иранская экономика находится на грани социального банкротства, но элиты живут в другом мире. Однако именно «улица» остается мягким подбрюшьем режима. Тот факт, что режим не возвращает интернет к нормальной работе уже более 60 дней, доказывает страх перед внутренней организацией оппозиции. Тем не менее, иранцы чувствуют себя покинутыми Западом, что лишь укрепляет позиции радикалов внутри системы, где теперь идет соревнование за то, кто проявит большую жесткость.
В конечном счете, если переговоры рухнут, вопрос будет не только в том, какая цель будет атакована первой. Вопрос в том, извлекли ли США и Израиль уроки из ограничений предыдущего раунда: понимание того, что банк целей не заменяет стратегию, а атака на энергетику — это ворота в региональную войну.
