Верховный суд рассмотрит петиции против закона о смертной казни для террористов

Верховный суд распорядился, чтобы правительство и Кнессет представили ответ на петиции против закона о смертной казни для террористов, принятого в понедельник во втором и третьем чтениях. Ответ должен касаться запроса о временном судебном запрете, который мог бы заблокировать реализацию закона до вынесения окончательного решения. Судья Йехиэль Кашер постановил, что на текущем этапе временный приказ не будет издан до рассмотрения ходатайства по существу. Суд решил не отклонять петиции на предварительной стадии и затребовать позицию властей.

Сразу после принятия закона правозащитные организации, включая «Адалу», «Комитет против пыток», «Ха-Мокед — Центр защиты личности», «Врачи за права человека», ассоциацию «Гиша», а также депутаты Кнессета Аида Тума-Слиман, Айман Уда и Ахмад Тиби подали срочную петицию с требованием признать закон недействительным. Документ подготовили доктор Сухад Бишара и адвокат Муна Хаддад из организации «Адала».

В петиции утверждается, что закон «стремится к абсолютному лишению права на жизнь» и «налагает жестокое и бесчеловечное наказание». Авторы также заявляют, что документ «закрепляет смертную казнь через повешение, в основном для арабов-палестинцев, как граждан Израиля, так и жителей Западного берега».

Параллельно «Ассоциация за гражданские права» подала отдельный иск против Кнессета, премьер-министра, министра обороны, командующего силами ЦАХАЛ в Иудее и Самарии, юридического советника правительства, главного военного прокурора и Службы тюрем (ШАБАС). В тексте утверждается, что речь идет о «жестоком законе, принятом с целью удовлетворения чувства мести и продиктованном расистскими побуждениями его составителей».

«Смертная казнь неконституционна по своей сути из-за смертельного и необратимого ущерба праву на жизнь. Механизмы, установленные в этом законе, и тот факт, что он сформулирован исключительно для применения к палестинцам, усиливают его незаконность», — говорится в петиции.

Истцы также подчеркивают, что закон «создает два параллельных юридических пути — в рамках военного и гражданского права, — которые предназначены для применения исключительно к палестинцам, жителям Западного берега, а также гражданам и жителям Израиля».