Война им на пользу: пропаганда как инструмент выживания иранского режима

В последние дни иранский режим пытается изменить нарратив войны и представить себя неуязвимым и стойким, заявляя, что его интерес заключается в продолжении конфликта. Власти организуют массовые похороны ликвидированных генералов и высокопоставленных лиц, а публикация первого послания нового лидера заставляет мир обсуждать его состояние и преемственность режима, которая теперь в глазах сторонников выглядит более гарантированной. Параллельно режиму удается проводить шествия в рамках Всемирного дня Аль-Кудс, который был инициирован сразу после революции 1979 года. Несмотря на то что многие сторонники избегают участия в акциях, опасаясь ударов со стороны Израиля и США, власти продолжают транслировать образ силы.

Телеканалы режима демонстрируют участие высокопоставленных лиц, включая президента, верховного судью и секретаря совета обороны, даже в моменты, когда поблизости происходят бомбардировки. Казалось, что официальные лица оставались на местах, скандируя вместе с толпой: «Аллаху Акбар, режим силен как никогда».

В субботу иранский режим опубликовал шокирующую деталь: тело высокопоставленного чиновника службы безопасности Шамхани было найдено обезглавленным и похоронено не полностью. На первый взгляд это кажется нелепым, но у режима и Корпуса стражей исламской революции есть скрытый интерес: физические страдания являются фундаментальным элементом шиитской истории. Верующие должны мучиться так же, как страдали отцы-основатели шиизма — Али и его сыновья Хасан и Хусейн. Последний также потерял голову в битве при Кербеле, где горстка сторонников противостояла превосходящим силам противника.

Через подобные публикации режим пытается сплотить своих сторонников, внушая им, что они — солдаты священной армии, сражающиеся с неверными. Им транслируется идея, что жизнь и смерть не имеют значения, так как они обретут вечную жизнь, подобно воинам имама Хусейна. Чем тяжелее описания, тем выше шанс мобилизовать массы с промытыми мозгами. В то время как участники прорежимных шествий не разбегаются под бомбежками, они создают картину победы, которую режим использует для продвижения своего нарратива.

Не исключено, что война достигла стадии, которая служит искаженному нарративу Тегерана ради мобилизации «заблудшего стада». Несмотря на то что бывший лидер до сих пор не похоронен из опасений атаки, а новый лидер избегает публичности, пропаганда стала авангардом кампании. Представители режима пытаются мобилизовать национальные и доиранские праздники, такие как праздник огня и иранский Новый год (Навруз), для сбора масс на «священную войну» против тех, кого они называют «неверными представителями тьмы».

Поэтому, наряду с ударами по ракетным установкам и военной инфраструктуре, необходимо сосредоточиться на нанесении тяжелого удара по пропагандистским органам и иранскому управлению телерадиовещания. Нужно нейтрализовать нарратив, обещающий победу или напоминающий о битве шиитов против суннитов, что оправдывает удары по странам Персидского залива. Без пропаганды режим останется без лица и без голоса, продвигающего ощущение силы.

Как и для нацистского режима, пропаганда является эликсиром жизни для аятолл. Чем раньше будут заглушены голоса, продвигающие этот нарратив, даже ценой ущерба ракетной и ядерной программам, тем быстрее придет победа.