Война на истощение или компромисс: уроки иранской истории

Тридцать восьмая годовщина принятия резолюции 598 Совета Безопасности, завершившей ирано-иракскую войну, вызвала в Иране оживленную общественную дискуссию. Многие проводят параллели между обстоятельствами, при которых лидер революции аятолла Рухолла Хомейни согласился на прекращение огня 18 июля 1988 года, и нынешним противостоянием с США. Это обсуждение отражает внутренний спор между прагматиками и радикалами на фоне эскалации напряженности.

Борьба за будущее региона

Прагматики рассматривают решение Хомейни как проявление ответственного лидерства, поставившего долгосрочные национальные интересы выше идеологических лозунгов. По их мнению, лидер осознал, что продолжение войны ведет к военному, экономическому и социальному упадку на фоне международной поддержки Ирака и риска прямого вмешательства США. Урок для современности очевиден: дипломатия должна быть инструментом силы, а частичные достижения предпочтительнее затяжной войны на истощение.

Реформистский журналист Ахмад Зидабади утверждает, что, осознав бесперспективность восьмилетней войны, Хомейни взял на себя личную ответственность и согласился «выпить чашу с ядом», несмотря на прежнее упорство в стремлении свергнуть Саддама Хусейна.

Радикальное крыло, напротив, отвергает любые аналогии с 1988 годом. По их утверждению, резолюция 598 была принята из-за неспособности Ирана противостоять США в Персидском заливе. Сегодня же, по их словам, ситуация иная: Иран обладает возможностями для борьбы на региональной арене, нанесения ударов по американским силам и блокирования судоходства в Ормузском проливе. Поэтому призывы к уступкам они считают предательством.

Политический активист Вахид Яамин-Фор отмечает: хотя военные технологии США стали совершеннее, они не способны обеспечить беспрепятственный проход судов через пролив, который контролирует Иран, отстаивая свое будущее.

В сложившейся ситуации, несмотря на внутренние разногласия, иранское руководство не проявляет готовности к решениям, подобным тем, что принял Хомейни 38 лет назад. Этот подход продиктован не только уверенностью в своих силах и недоверием к Вашингтону, но и стремлением конвертировать военные достижения, включая контроль над Ормузским проливом, в долгосрочные гарантии безопасности и экономики, даже ценой продолжения эскалации.

---

Военная мощь наряду с переговорами

С точки зрения иранского руководства, нет противоречия между готовностью к переговорам и твердым отстаиванием национальных интересов. Статья, опубликованная в агентстве, связанном с Высшим советом национальной безопасности, подчеркивает: годовщина резолюции 598 напоминает о стратегическом подходе, сочетающем военную мощь и дипломатию.

Авторы отмечают, что стратегической ошибкой является противопоставление «войны» и «мира». Политическая система оценивается по способности определить момент для смены арены борьбы. Согласие на прекращение огня с Ираком было не капитуляцией, а переносом сопротивления из военной плоскости в политическую и юридическую.

Этот опыт актуален сегодня. Иран ведет тяжелую борьбу против США и «сионистского режима», доказывая, что готов решительно защищать свой суверенитет. Однако военные успехи — лишь часть процесса. После того как замолкает оружие, начинается борьба в дипломатии, международном праве и экономике. Ключевыми активами становятся разумная дипломатия и политическое управление.

Главный посыл годовщины для современного Ирана заключается в том, что принятие решений требует от народа мудрости: знать, когда воевать, а когда вести переговоры, не отступая от принципа сохранения независимости и защиты национальных интересов.

Доктор Раз Цимет — руководитель программы «Иран и шиитская ось» в Институте исследований национальной безопасности (INSS).