«Я смотрю на «Маккаби Хайфа» и хочу разбить телевизор»
Моше Селектер, автор гола в первом чемпионском матче в истории «зеленых», недоволен игрой команды в этом сезоне. Легендарный нападающий также рассказал о своих отношениях со Шломо Шарфом и о годах службы в полиции Израиля.
Моше Селектер, грозный нападающий «Маккаби Хайфа», признался, что едва не потерял самообладание во время недавнего полуфинального матча его бывшей команды против «Маккаби Тель-Авив» на стадионе «Тедди».
«Я говорю вам, я хотел разбить телевизор. Я не хочу больше приходить и смотреть на эту команду. Я не видел души, я не видел коллектива, у которого есть идентичность», — заявил он в специальном интервью для «Ха-Йом».
Селектер продолжил: ««Маккаби Хайфа» все эти годы была самой атакующей командой в стране. Я не видел атаки. Ничего. Я не видел игрока, который мог бы вести команду за собой, у них нет лидера. Меня также раздражает ситуация с Гаем Меламедом. Он голеадор, он огромный фактор в атаке. Барак Бахар должен был оставить его в игре, и вообще я не понимаю, что с ним делают, почему он не ведущий нападающий и почему каждый раз ищут кого-то другого за его счет».
Это болезненный монолог от одного из величайших нападающих в истории клуба. Селектер вырос в квартале Адар в городе на Кармеле, где в детстве оттачивал мастерство на старых баскетбольных площадках. Именно он на стадионе «Кирьят-Элиэзер» взлетал в воздух и вонзал мяч в сетку ворот «Маккаби Рамат-Амидар», принеся «зеленым» первое и особенно волнующее чемпионство в сезоне 1983/84.
«Я набросился на Шломо Шарфа»
Селектер — человек прямой и искренний. На этой неделе его вновь расстроило поражение «Маккаби Хайфа» от «Бейтар Иерусалим» (3:0). Наш разговор начался с обсуждения вылета молодежной команды из Лиги чемпионов после серии пенальти против мадридского «Атлетико». Селектер отмечает, что это давняя «болезнь» клуба: «Мы известны поражениями по пенальти, это случалось и в то время, когда играл я».
Вы почти хотели «убить» Шломо Шарфа в финале Кубка против «Маккаби Тель-Авив».
«Это был один из величайших финалов в истории (1987). Шарф оставил меня в запасе, и мне было очень тяжело с этим смириться. Я вышел на замену и сравнял счет — 2:2. Было дополнительное время, матч закончился со счетом 3:3, мы проиграли по пенальти, и «Маккаби Тель-Авив» завоевал кубок. В конце игры я набросился на Шарфа и сказал ему, что он виноват в этом поражении».
Селектер (64 года) был частью «золотого» поколения «Маккаби Хайфа», доминировавшего в израильском футболе в восьмидесятые годы. Вместе с Захи Армели, Рони Розенталем, Барухом Маманом, Авраамом Абукартом, Ционом Мерили, Рафи Осмо и великим вратарем Ави Раном, светлая ему память, команда была практически неудержима.
«Послушайте историю», — воодушевляется Селектер. «В сезоне первого чемпионства мы сильно отставали от «Бейтар Иерусалим». Я не забуду, как мы проиграли «Рамат-Амидар» в 15-м туре, и ходили слухи, продолжит ли Шломо вообще нас тренировать. Но затем мы выдали сумасшедшую серию побед с присоединившимся к нам Армели и подошли к последнему матчу против той же «Рамат-Амидар» дома.
Мы были в отеле в Хайфе за ночь до игры. Шломо обходил комнаты и говорил каждому игроку перед сном: «У меня есть чувство, что завтра ты забьешь гол». После того как я забил и мы выиграли 1:0, Шломо подошел ко мне в волнении и сказал: «Я же говорил тебе, я говорил тебе, что ты забьешь!»».
У вас были непростые отношения со Шломо.
«Между нами не было большой любви. Он принес достижения «Маккаби Хайфа», и это факт. Шломо — непростой человек. Иногда легче злиться на тихих и наивных игроков, таких как я. Шломо не стеснялся в выражениях, в том числе и в мой адрес. На третий год нашей совместной работы, когда мы в последний момент упустили чемпионство в пользу «Хапоэль Тель-Авив», Шломо сказал, что его нападающие уже ветераны, и сделал ставку на Офера Мизрахи и Итая Мордехая».
Вы обиделись?
«Конечно. Он не оказал мне поддержки. Нападающие строятся на уверенности, бывают хорошие периоды, бывают менее удачные. Я злился. Дошло до вопроса о моем контракте, обо мне не позаботились. Не позаботились о заработке игрока, выросшего в клубе, и начали вводить молодежь, поэтому я перешел в «Бейтар Иерусалим»».
«Мы играли на камнях и в грязи»
Селектер был известен прежде всего своей великолепной игрой головой. Он объясняет, что условия были гораздо тяжелее, когда он играл: «Мы играли в «Кирьят-Элиэзер» на камнях, на ухабах, иногда в грязи, когда мяч весил в два раза больше, чем сегодня, но мы умели играть и на «втором этаже»».
Уровень израильского футбола упал по сравнению с вашим временем?
«Скажем так, он точно не вырос. У нас было больше напряжения, раскрепощенный футбол, меньше тактики, много голов. Сегодня в израильском футболе меньше ярких имен».
После ухода из «Маккаби Хайфа» Селектер успел поиграть в «Бейтар Иерусалим», затем вернулся к «зеленым», а также выступал за сборную Израиля. После периода в «Хапоэль Кфар-Сава» он перешел в «Маккаби Акко», где завершил карьеру, но перед этим поступил на службу в полицию Израиля, где прослужил до недавнего времени.
Почему вы пошли в полицию, будучи действующим игроком?
«В футболе я не заработал денег. В 32 года, когда я перешел в Акко в лигу Алеф, у меня уже была семья и три дочери, мне нужно было приносить заработок в дом. Я почти не учился в школе, но вложил силы, подготовился и был принят в полицию. Я служил в ЯСАМ, в подразделении по разгону демонстраций, мы были на Храмовой горе, в Мероне. Я сменил немало должностей и вышел на пенсию 6 лет назад после 27 лет службы».
Наслаждается жизнью
Свою жену, Дорит, Селектер встретил через родственницу. Он рассказывает, что у отца Дорит была особая роль: «Ицхак Хабиб, светлая ему память, служил в полиции и был офицером, ответственным за стадион ИМКА. Не было никого, кто бы его не знал. Я приходил туда смотреть матчи «Бейтара» в качестве его гостя, сидел там в нишах, и меня тоже проклинали».
Он признается, что очень наслаждается ролью дедушки: «Я на пенсии и очень люблю быть со своей семьей, со своими многочисленными внуками. Я очень занят, езжу также в Эйлат, где живет одна из моих дочерей, а также в поездки за границу. Короче говоря, я наслаждаюсь жизнью».
