Бени Ганц: «Меня кидали достаточно раз, чтобы я потерял наивность»

Шесть лет назад он был главным соперником Биньямина Нетаниягу в борьбе за пост премьер-министра и находился в шаге от заветной должности, однако сегодня его партия балансирует на грани электорального барьера. На фоне объединения его бывших партнеров по «правительству перемен» — Нафтали Беннета и Яира Лапида — Бени Ганц в ночном эфире программы Аври Гилада и Яира Шерки рассказал о своих политических целях. В той же передаче Матан Кахана объяснил, почему, несмотря на возвращение Беннета в политику, он решил остаться с Гади Айзенкотом.

«Меня кидали достаточно раз, чтобы я потерял свою наивность», — с иронией отметил Ганц, отвечая на реплику прохожего о том, что честность в политике — не лучшее качество. — «Я не готов с этим согласиться. Я хочу, чтобы у детей, включая твою 12-летнюю дочь, был перед глазами пример политика, о котором можно сказать, что он честен».

Касаясь данных опросов, Ганц признал сложность ситуации: «Возможно, я переживаю трудный период, но самый легкий в моей политической жизни. Людям сложно принять простую истину: у Израиля нет будущего без сионистского правительства единства. Мы застряли в войне политических блоков, и единственное, что нас спасет, — это создание реальности, в которой будут расти наши дети. Мне тяжело с точки зрения мандатов, но легко с точки зрения правды, которую я отстаиваю».

На вопрос о том, может ли это быть его последний срок, Ганц ответил: «Тенденция в опросах изменится. Я много общаюсь с людьми на местах и предпринимаю политические шаги, о которых пока не буду говорить. У меня одна цель — прекратить междоусобицу и создать сионистское правительство единства, способное включить в себя различные структуры».

Ганц также отверг предположение о возможном уходе из Кнессета: «Я принадлежу народу Израиля, я не в кармане ни у одного из блоков. Я продолжу укреплять свои позиции и работать ради создания правительства единства».

Тем временем Матан Кахана прокомментировал, почему до сих пор не произошло слияния партии Айзенкота с блоком Беннета и Лапида: «Все было сделано не вовремя и не так, как планировалось. Гади узнал об этом объединении за пять минут до его реализации. Правильный момент наступит ближе к выборам, когда будет идеологически проработана линия, определено руководство и способы привлечения аудитории».

На вопрос, окончательно ли закрыт этот вопрос, Кахана ответил: «Мы полны решимости сделать правильный шаг. За четыре года работы с Гади я убедился, что личные амбиции его не интересуют — он стремится лишь к смене власти».

Кахана также пояснил свое решение публично подтвердить лояльность Айзенкоту: «Возникла неясность, поэтому я решил четко обозначить свою позицию». При этом он подчеркнул, что сохраняет теплые отношения с Беннетом: «Мы близкие друзья уже 35 лет, я обязан ему началом своего политического пути. Но он решил сделать перерыв, и я пошел своим путем».

Оценивая кандидатов на пост премьер-министра, Кахана выразил поддержку Айзенкоту: «Израилю сейчас нужен Гади. Он четыре года в системе, был членом военно-политического кабинета в разгар тяжелейшей войны, прошел весь военный путь и обладает необходимыми навыками. У него есть лидерство, за которым люди готовы идти, даже если это не та харизма, к которой привыкли в соцсетях».

В завершение Кахана прояснил позицию Айзенкота по вопросу палестинского государства: «Гади не исключает его, но это странное понимание. Он голосовал против палестинского государства в Кнессете несколько месяцев назад. Нетаниягу произносил эти слова десятки раз, а Гади — ни разу. Когда он пригласил меня в свою партию, он сказал: «Ставь Биби куда хочешь, я — справа от него».