Четыре года после «протеста хиджабов»: как режим в Иране использует женщин для пропаганды

«На Западе это называют "протестом хиджабов", но верное название — протест "Женщина, жизнь, свобода"», — подчеркнула доктор Тамар Эйлам Гиндин, эксперт по Ирану из центра Эзри при Хайфском университете, на конференции «Женщины государства», организованной изданиями ynet и «Едиот ахронот» в сотрудничестве с «Наамат».

«Важно понимать, что хиджаб — это лишь символ. Протест не об одежде, он о правах человека, личной безопасности и свободе самовыражения», — добавила доктор Эйлам Гиндин. Масштабные выступления вспыхнули в Иране в 2022 году после гибели молодой курдско-иранской женщины Махсы Амини, арестованной полицией нравов Тегерана за «небрежное» ношение хиджаба.

Спустя почти четыре года иранский режим начал использовать женщин, не носящих хиджаб, для пропаганды в поддержку власти. Хана Джахан Фруз, лектор и исследователь Ирана, рассказала, что государственные СМИ брали интервью у женщин без хиджаба как у сторонниц режима, однако в социальных сетях появились кадры, на которых видно, как интервьюеры просят их снять платок перед началом записи.

Джахан Фруз добавила: «Задержанных на протестах в январе прошлого года заставляли маршировать на демонстрациях в поддержку режима, держать флаг Исламской Республики и выкрикивать лозунги без хиджаба. Сам факт того, что женщин используют таким образом на улицах, означает, что режим опустился на самое дно. Они пытаются представить "угнетенных" женщин как сторонниц власти, чтобы создать иллюзию нормальности».

В последние дни в Иране были опубликованы фотографии женщин, якобы поддерживающих режим, с БПЛА, оружием и джипами, окрашенными в розовый цвет. «Я верю, что это женщины, которые действительно поддерживают режим, но их немного, — пояснила доктор Эйлам Гиндин. — Поначалу я думала, что это попытка показать, будто женщины в Иране занимают высокое положение, но выясняется, что это заимствованная корейская эстетика "милоты". Они пытаются сделать войну привлекательной, даже когда в нас летят ракеты с розовыми надписями».

Хана Джахан Фруз, репатриировавшаяся из Ирана в Израиль в 12-летнем возрасте, поделилась воспоминаниями: «Когда мне было восемь или девять лет, в Иране произошла исламская революция. На улицах мы видели, что часть женщин носит головные уборы, часть — нет. Но когда режим окончательно сменился, мы начали приходить в школу с покрытой головой — это касалось всех, включая мою маму и соседей. Установился жесткий дресс-код и социальная норма. В условиях радикализации исламского режима ношение более "скромной" одежды стало вопросом выживания».

О текущей ситуации с правоприменением в Иране доктор Эйлам Гиндин отметила: «Мы находимся в ситуации, когда в самом режиме нет единства. С одной стороны, в пропаганде используют женщин с хиджабом и без него, а также розовое оружие, а с другой — поступают сообщения о штрафах для тех, кто не покрывает голову».

Говоря о будущем, Джахан Фруз выразила надежду: «Я хочу верить, что дым войны рассеется. Это займет время, но власть изменится, и я надеюсь, что весь мир сможет увидеть, каких удивительных, образованных и умных женщин может предложить иранский народ». Доктор Эйлам Гиндин добавила, что прецеденты изменений существуют: «Например, закон против насилия в семье в Иране был принят совсем недавно, что дает надежду на дальнейшие перемены».