Превентивная кампания полковника Ихсана Даксы на сирийской границе

Два года назад в бою на севере сектора Газа погиб полковник Ихсан Дакса, командир бригады 401. Спустя время раскрываются подробности масштабной кампании, которую он руководил на сирийской границе. Под кодовым названием «Финиковый сад» Дакса провел серию ударов, направленных на отвод сирийской военной инфраструктуры от израильской границы в период, когда многие воспринимали этот участок как относительно спокойный. Офицеры, служившие под его началом, и его вдова Худа вспоминают командира, который отказался ждать эскалации угроз, его беспокойство о друзской общине в Сирии и его оперативное наследие.

Некоторые командиры смотрят на границу и видят реальность такой, какая она есть. Ихсан Дакса смотрел на нее и видел то, что может произойти через десять лет. Для него относительное спокойствие на сирийской границе не было поводом снижать бдительность, а являлось возможностью действовать до того, как угроза станет осязаемой. В ноябре 2021 года были атакованы заставы Кфайот и Нахшон, а в августе 2023 года под удар попала застава Мигрена в ходе самой глубокой операции этой кампании. Между этими точками сформировалась четкая оперативная концепция: не ждать, пока инфраструктура превратится в активную угрозу, а действовать против нее еще на этапе становления.

Сложная реальность «линии бочек»

Долгое время существовало мнение, что пограничное ограждение является главной оборонительной линией. Однако между забором и линией Альфа, в районе, известном как «линия бочек», существовала более сложная реальность. Сирийские силы пересекали линию, устанавливая палатки и сооружения в демилитаризованной зоне вблизи израильской границы. В тот период сирийское присутствие в этом пространстве фактически допускалось.

Дакса считал, что с этим положением дел нельзя мириться. Даже если сирийский режим ослаб после лет гражданской войны, он понимал, что ситуация может измениться, и второстепенные сегодня заставы в будущем могут превратиться в плацдармы для угроз Израилю. «Он всегда мыслил как минимум на десять шагов вперед», — рассказывает его вдова Худа Дакса. «Он умел проникать в мир другой стороны, понимать их ход мыслей, а затем объединять всю картину. Он был стратегом, и период на Голанских высотах стал временем, когда он был на пике своих возможностей».

Майор Ш., занимавший должность начальника разведки 474-й бригады под его командованием, помнит командира, который отказывался ограничиваться стандартной оценкой ситуации. По его словам, Дакса патрулировал сектор, пытаясь самостоятельно обнаружить сирийские позиции, проникшие в этот район. Для него ответственность за оборону не заканчивалась выявлением угрозы за забором, а требовала глубокого знания местности и инфраструктуры.

Развитие кампании

Кампания развивалась постепенно. Сначала атакам подверглись позиции, возведенные в демилитаризованной зоне и пересекавшие линию, определенную ЦАХАЛом. Затем удары были расширены на другие заставы между линией Альфа и «линией бочек», а в дальнейшем — вглубь сирийской территории. Деятельность включала пешие рейды, задействование танков и использование противотанковых ракет. Целью было оттеснить сирийские силы и не дать им закрепить инфраструктуру, которая могла бы быть использована другими враждебными элементами, включая «Хезболлу».

«Целью было создание значимого пространства безопасности, чистого и свободного для передвижения наших сил», — отмечает подполковник С., заместитель командира бригады «Голан», служивший рядом с Даксой. По его словам, кампания способствовала укреплению обороны в секторе и подготовке войск к возможному сценарию эскалации.

Для Даксы стратегическое мышление не ограничивалось военными вопросами. Он глубоко переживал за друзскую общину в Сирии, особенно за жителей Сувейды. Его связь с друзскими корнями и Государством Израиль существовала параллельно, влияя на понимание ситуации за границей. «Он всегда беспокоился о положении друзов там», — говорит подполковник С.

Худа отмечает, что эти тревоги обсуждались и дома, хотя Дакса не делился деталями секретных операций. «Тогда я не всегда понимала, почему он так переживает. Сегодня, после событий в Сувейде, многое приобретает иной смысл. Он видел то, чего не замечали другие».

В июле 2025 года, после падения режима Асада, в Сувейде произошла жестокая резня против представителей друзской общины. Нельзя утверждать, что Дакса предсказал именно эти события, но выраженная им ранее тревога отражает его способность просчитывать сценарии и отказ предполагать, что обстановка останется неизменной.

Знавшие Даксу отмечают, что оперативная решимость была лишь одной стороной его характера. Подполковник С. вспоминает их первую встречу вскоре после его вступления в должность. Он ожидал жесткого служебного разговора, но Дакса достал халву, которую очень любил, и беседа перешла на тему семьи и связи с друзской общиной.

Майор О., оперативный офицер 401-й бригады, сопровождавший Даксу в боях в секторе Газа и находившийся рядом в его последние минуты, вспоминает его способность сохранять человечность в суровых реалиях. В день вступления в должность Дакса встретил его с улыбкой, пригласил присоединиться к командирам и помог освоиться на новом месте вопреки тяжелой обстановке.

Два года спустя наследие Даксы оценивается не только в воспоминаниях сослуживцев, но и в сформулированной им концепции: не ждать, пока угроза доберется до границы, а выявлять опасность на дальних подступах и действовать на упреждение.