Даниэль Шрайбер: ИИ заменит людей в огромных масштабах
Даниэль Шрайбер, генеральный директор компании «Лемонейд», предупреждает, что массовое внедрение ИИ неизбежно приведет к масштабной безработице. Он предлагает государству создать фонд для аккумуляции капитала, генерируемого машинами, чтобы защитить граждан от экономических последствий.
«ИИ — это не босс, а член команды»
Даниэль Шрайбер, генеральный директор «Лемонейд», не уверен, что текущие волны увольнений в хайтеке вызваны прямой заменой сотрудников на ИИ. Однако он убежден, что в ближайшем будущем это станет реальностью в огромных масштабах. Чтобы справиться со сценарием массовой безработицы, когда машины перекачивают капитал владельцам бизнеса, он предлагает законодательно аккумулировать часть этих средств — по аналогии с тем, как государство распоряжается доходами от газа через Фонд национального благосостояния.
Спустя полтора года после нашей встречи, «Лемонейд» демонстрирует ту же тенденцию: доходы компании выросли в 1,7 раза, при этом численность персонала (около 1200 человек) осталась прежней.
«Безусловно, это заслуга ИИ», — отмечает Шрайбер. — «За последние три года мы добавили полтора миллиона клиентов и сотни миллионов долларов страховых премий. Сегодня мы достигаем уровней автоматизации, позволяющих ИИ отвечать на электронные письма, обрабатывать претензии, продавать полисы и писать код».
По словам гендиректора, около 98% кода в компании создается искусственным интеллектом. Это обеспечило утроение доходов с момента появления ChatGPT в конце 2022 года. При этом компания придерживается подхода «ИИ прежде всего» (AI first), а не «только ИИ» (AI only). Сотрудники продолжают работать бок о бок с нейросетями, получая от них задачи.
«ИИ — это член команды. Например, если система подозревает мошенничество при обработке претензии, она пишет сотруднику в Slack: "Мне нужно, чтобы ты сделал то-то и то-то"», — поясняет Шрайбер. На вопрос о том, какая должность последней перейдет к машине, он отвечает категорично: «Теоретически я не могу остановиться ни на чем. Все, что можно сделать с помощью нейронной сети в мозгу, можно сделать с помощью нейронной сети на кремнии. Включая мою должность генерального директора».
«В конце концов боссы поймут, что наш вклад сокращается»
Комментируя текущие увольнения в хайтеке, Шрайбер подчеркивает: «Волна, которой я опасаюсь, наступит через несколько лет, это лишь первая ласточка. Нынешние сокращения — это удобная история для инвесторов, но я не уверен, что у каждого уволенного сейчас есть ИИ-работник, который его заменяет. Однако самоуспокоенность — не лучшее решение».
Шрайбер описывает процесс: сейчас сотрудники выглядят более продуктивными благодаря подсказкам ИИ. Но следующий этап — осознание работодателями того, что вклад человека в конечный продукт сокращается. «До тех пор, пока нельзя будет сказать: "Хорошо, Даниэль не нужен, будем работать напрямую с ИИ"».
Что касается стоимости внедрения, Шрайбер отрицает тезис о том, что сотрудники дешевле ИИ: «Каждый год стоимость каждого уровня интеллекта в модели падает примерно в десять раз. В этом году на 90% дешевле получить то, что я получил год назад».
Особую тревогу вызывает судьба начинающих специалистов. «Мы наняли в прошлом году 60 разработчиков, их средний опыт составлял 11 лет, и среди них не было ни одного джуниора», — признается он.
«ИИ будет Эйнштейном на стероидах»
Шрайбер уверен, что по мере совершенствования систем ИИ станет надежнее человека. «Как только машина совершает меньше ошибок, чем мы, нужно дать ей лидерство — это в интересах человечества. Со временем галлюцинации будут уменьшаться, механизмы проверки — совершенствоваться, и ИИ станет Эйнштейном на стероидах».
В вопросе защиты интеллектуальной собственности компании он придерживается прагматичного подхода: «Мы относимся к модели как к товару (commodity), как к электричеству. Мы смешиваем и меняем модели изо дня в день и строим поверх них слой, в котором сохраняются данные, контекст и логика — все то, что когда-то было человеческим капиталом».
Экономика изобилия и роль государства
Шрайбер считает, что грядущая безработица не приведет к рецессии, так как производительность труда вырастет многократно. «Проблема не в дефиците, а в изобилии, которое пойдет не в те карманы. Поэтому я думаю, что следующая каденция правительства определит экономическое положение Израиля на поколения вперед».
Он предлагает правительству внедрить «железное правило приоритета для ИИ» во всех министерствах, чтобы снизить налоги и расходы на 20% при удвоении качества услуг. А для защиты тех, кто потеряет работу, он предлагает модель, при которой государство аккумулирует капитал, созданный ИИ, обеспечивая гражданам финансовую подушку безопасности.
«Горе нам, если мы не убедимся, что сотрудники в Израиле не выступят против ИИ», — заключает Шрайбер.
