Дед Каролины был нацистским солдатом. Сегодня она сражается за Израиль на улицах Берлина
Перед лицом антиизраильских демонстраций в Германии Каролина Прайсслер выходит на протесты в одиночку, с резкими плакатами и желтым букетом цветов. В интервью Walla она подчеркивает: «Германия несет ответственность — и я несу ее вместе с ней. Это никогда не изменится».
Тот, кто следит за демонстрациями против Израиля в Германии, давно знаком с образом этой женщины, выделяющейся в ярком пальто — иногда красном, чаще желтом, нередко с букетом цветов в руках. Бывают случаи, когда она держит флаг Израиля или лист бумаги из папки, на котором написано одно из посланий, которые она поднимает перед беснующейся толпой. Когда у нее выхватывают один плакат, она тут же достает другой.
Сама она стоит в своем громогласном молчании. Ее одиночные пикеты направлены на то, чтобы заявить о присутствии и подчеркнуть то, что она называет «голосом разума».
Этот голос принадлежит Каролине Прайсслер, которая не является еврейкой. Она стоит так раз за разом, в одиночку, в самом центре бурных антиизраильских демонстраций, окруженная сотнями протестующих, которые обычно кричат и вопят на нее. Она регулярно подвергается плевкам и физическим нападениям, и сейчас ей и ее четверым детям требуется защита полиции. Несмотря на ежедневные угрозы убийством, эта отважная воительница отказывается отступать. В прессе ее прозвали «самой смелой демонстранткой в Германии».
Она продолжает приходить на агрессивные демонстрации — пропалестинские и прохамасовские акции, донося свое послание. На демонстрациях в Берлине она регулярно подвергается физическим нападениям и нуждается в защите полиции даже для того, чтобы выбраться с места событий. Бывали случаи, когда она получала ранения и была госпитализирована. Для Прайсслер это уже рутина: «Первое, о чем я думаю, это как выбраться оттуда в безопасности».
Плакаты — это, пожалуй, самое чистое выражение ее мировоззрения: одна фраза, резкая и бескомпромиссная, которая проводит четкую моральную линию в общественном пространстве, насыщенном лозунгами. «ХАМАС — это террор», «Изнасилование — это не сопротивление», «Нет антисемитизму» — все они сформулированы на английском языке, кратко и намеренно лишены контекста, чтобы их нельзя было размыть интерпретациями. В ее глазах это не обычные протестные плакаты, а прямое вмешательство в дискурс, попытка остановить нормализацию насилия и антисемитизма. Однако именно эта простота делает их взрывоопасными: именно потому, что они не «сбалансированы» или сложны, они вызывают резкую реакцию — и наглядно показывают, насколько само установление моральной границы стало провокационным актом.
В День памяти жертв Холокоста и героизма, когда историческая память встречается с нынешней напряженной реальностью, история борьбы Каролины Прайсслер иллюстрирует, насколько дискуссия о евреях и Израиле в Европе является ежедневным, а зачастую и насильственным противостоянием. Сложная мировая реальность и вопросы антисемитизма, демократии и еврейской идентичности вернулись в центр внимания.
По всей Европе и Америке зафиксирован резкий рост антисемитских инцидентов после террористической атаки 7 октября 2023 года, наряду с острыми общественными дискуссиями, в центре которых — критика Израиля и отрицание легитимности сионизма. Международные организации и правительства указывают на тревожную тенденцию размывания границ между политической критикой и подстрекательством против евреев.
«Никогда больше» — это обязательство
На этом фоне выделяется голос 54-летней Каролины Прайсслер из Берлина, адвоката, активистки и члена Свободной демократической партии (FDP), которая решила выйти на публичную борьбу — порой в одиночку — против антисемитизма. В специальном интервью Walla по случаю Дня Катастрофы она описывает чувство безотлагательности, которое побудило ее написать новую книгу, и тяжелый опыт демонстраций.
Прайсслер строго оберегает свою частную жизнь. Она живет в Берлине, воспитывает четверых детей. Ранее она уже раскрывала, что является потомком нацистов. Ее дед Вильфрид, который был санитаром во время войны, погиб. У ее второго деда, Карла, который был солдатом, была связь с группой сопротивления Дитриха Бонхёффера, «Исповедующей церковью», которая резко выступала против захвата протестантской церкви нацистами, но ее дед, по ее словам, стал активным только после окончания войны.
«После войны, каждую минуту остатка своей жизни, как христианин и как юрист, он раскаивался в том, что произошел Холокост, и посвящал каждую минуту своей жизни борьбе с антисемитизмом, пытаясь исправить несправедливость, которую не смог остановить в реальном времени», — рассказала Прайсслер. Она заявила, что чувствует личную обязанность продолжать его путь. «Для него лозунг „Никогда больше“ был обязательством. И для меня тоже. Германия несет ответственность — и я несу ее вместе с ней. Это никогда не изменится».
Антисемитизм — угроза демократии
Она родилась в 1971 году, выросла и получила образование в Восточном Берлине, и ее развитое чувство справедливости проснулось еще в юном возрасте. В 13 лет она уже попала в поле зрения секретной полиции, печально известной Штази. «Восточная Германия была очень антисемитской. Я была молодой женщиной и говорила о том, что влияло на всех нас. Мы не хотели стены. Мы не хотели угнетения. Этого было достаточно, чтобы Штази следила за мной».
Ее новая книга называется «Споры и уличные бои — в пути, за свободу». Книга более личная и менее теоретическая, она сочетает в себе ее полевой опыт на демонстрациях в Берлине, опыт физических и словесных столкновений вместе с ее выводами и призывом к действию. Она построена вокруг вопроса: как на самом деле выглядит борьба за демократические ценности на улице.
Написание книги было вызвано пониманием Прайсслер того, что реальность быстро меняется: «Антисемитизм — это реальная угроза демократиям во всем мире. До сих пор мы были сторонними наблюдателями распада цивилизации, и я почувствовала, что обязана это изменить», — говорит она. По ее словам, атака 7 октября стала поворотным моментом: «То, что произошло в Израиле, показало, что то, что казалось далеким — уже здесь, во всем мире».
Доктор Олаф Пошардт, немецкий писатель и журналист, написавший предисловие к книге, хвалит мужество Прайсслер, которая осмеливается в одиночку противостоять «оппортунистической буржуазии» из числа «деятелей культуры», распространяющих пропаганду ХАМАС и склонных «прогибаться и адаптироваться» к реальности вместо того, чтобы проявить моральный стержень из-за страха потери социального статуса. Он отмечает, что у еврейской общины Германии и Государства Израиль очень мало настоящих друзей, и Прайсслер — одна из них, заявляя, что общество «в долгу перед ней».
Ханна Вейлер, президент Европейского союза еврейских студентов (EUJS), в своем предисловии к книге под заголовком «От ярости к мужеству», представляет Прайсслер как впечатляющий пример этого мужества — человека, который решил не молчать и не выбирать комфортную жизнь, несмотря на тяжелую личную цену, которую она и ее семья платят своей безопасностью. Она отмечает, что «гражданское мужество» означает не отсутствие страха, а способность действовать вопреки страху.
Визит в Израиль и борьба с террором
Главный посыл книги: «Будущее в наших руках. Давайте защитим то, что нам дорого сейчас. Никогда еще опасность захвата и разрушения террористами не была так велика. Более 90% людей в Германии никогда не были в Израиле. Мне нужно было поехать туда, чтобы задокументировать и рассказать людям, что происходит в Израиле. Я была в Израиле и видела своими глазами разрушения, вызванные террором». Визит в Израиль стал для нее определяющим моментом. Она встретилась с выжившими в резне, политиками и гражданами, и столкнулась с реальностью, которой не знала раньше.
Прайсслер начала писать книгу еще до войны, но события изменили направление исследования: «7 октября 2023 года показало, что 6 октября теперь наступило во всем мире», — говорит она и добавляет: «Написание началось еще раньше. Я вообще хотела написать о левом антисемитизме. Мое исследование было шокирующим уже тогда, а потом наступило 7 октября, и я была обязана расширить книгу, чтобы включить дополнительную перспективу — об исламизме, который является реальной угрозой».
«У Европы есть значительная проблема с экстремистами», — объясняет она. «Есть страны, где правые экстремисты наносят ущерб. И есть много стран в Европе, где исламисты вместе с левыми экстремистами преследуют евреев. Приближаются поистине ужасные времена, я не буду вам лгать. Мы должны остановить террор сейчас, иначе мы больше не сможем». Ее вывод: «Многие молчат не потому, что согласны, а потому, что боятся».
Ее одиночные пикеты перед враждебной, разгоряченной и подстрекаемой пропалестинской аудиторией принесли ей в 2024 году премию Пауля Шпигеля, названную в честь человека, который был ведущей фигурой в восстановлении еврейской жизни в Германии после Холокоста. Это одна из главных наград в Германии в области гражданского общества и борьбы с антисемитизмом. Комитет премии обосновал выбор Прайсслер тем, что она проявляет «незаурядное гражданское мужество», раз за разом выходя в общественное пространство и выступая против антисемитизма, даже когда это непопулярная позиция.
«Нет безопасного места»
В интервью она скромничает и говорит, что ее одиночные пикеты — это всего лишь выражение свободы слова, но признает, что это и непростое личное испытание: «Когда я стою одна перед морем ненавистников, мне нужно быть смелой. Иногда на меня нападают или я получаю ранения. Первая цель — просто выжить».
«Я разговариваю с людьми, пытаюсь успокоить, объяснить. Иногда мне также нужно быть осторожной, чтобы не реагировать на провокации. Иначе я не смогу продолжать там стоять», — описывает она. «Я также не раз получала ранения. Я переживала ситуации, которые были очень пугающими», — признается она. «В таких случаях мне важно не сломаться и не плакать. Я не хочу давать этим хулиганам еще и эту победу. Это прежде всего вопрос достоинства».
Бывает, что демонстранты окружают ее, плюют в нее, часто угрожают ей, угрожают также убить или изнасиловать ее и членов ее семьи и следят за ней, когда она в пути. Враждебность выходит далеко за пределы демонстраций: «Меня оскорбляют на улице, в автобусе, в ресторанах. Нет безопасного места, но если я сдамся сейчас, если мы сдадимся сейчас — террор победит и в общественном пространстве».
В книге она описывает пугающую реальность, в которой живет в Берлине, в том числе дома, и то, как один молодой человек получил ее адрес и номер телефона с указанием беспокоить ее и ее детей. Она описывает «протокол чрезвычайной ситуации», который есть у ее семьи для таких случаев. Она делится личной и семейной дилеммой и приходит к выводу, что не устанет защищать ценности, закрепленные в конституции — равенство, свободу слова и право евреев жить в безопасности во всем мире.
Касаясь распространенного в Европе дискурса, в котором сионизм иногда определяется как расизм, она занимает решительную позицию: «Право еврейского народа на самоопределение не подлежит обсуждению. Тот, кто выступает против сионизма, отрицает право Израиля на существование». Она также добавляет: «Это всегда направлено против евреев. Иногда это касается отдельного еврея. Иногда это касается еврейского государства. Косвенная коммуникация этого не меняет. Мы должны называть антисемитизм антисемитизмом, даже когда он скрыт. Но я боюсь, что в будущем он будет еще менее скрытым».
В конце интервью она направляет прямое послание израильтянам: «Не сдавайтесь. Ам Исраэль Хай (Народ Израиля жив)».
