«Домашнее производство»: сериал, который заставляет полюбить страну чуть больше

Новая комедийная драма от yes рассказывает историю внука и деда, вынужденных объединиться в Араде. Химия между Идо Кациром и Сассоном Габаем становится сердцем сериала, мастерски балансирующего между легким юмором и моментами меланхолии.

Источник
«Домашнее производство»: сериал, который заставляет полюбить страну чуть больше

В последние годы, если быть точным — со времен пандемии, слово «дом» приобрело более сложный оттенок. Оно, как и прежде, символизирует тепло и принадлежность, но стало звучать тяжелее. С одной стороны, это место, куда мы стремимся вернуться из плена или вынужденного переселения. С другой — пространство, где мы порой задыхаемся от внешних обстоятельств, от бесконечных войн, мечтая лишь о том, чтобы поскорее выбраться наружу.

Именно об этом размышляешь при просмотре «Домашнего производства» — новой комедийной драмы от yes, вышедшей в формате бинджа. В центре сюжета — Юваль Нахшони (прорывная роль популярного стендап-комика Идо Кацира), тридцатилетний мужчина, сбежавший из Арада ради ночной жизни Тель-Авива. Однако он вынужден вернуться обратно, когда его дед Шмулик (неподражаемый Сассон Габай) устраивает скандал в доме престарелых, после чего его оттуда выставляют. Домашний арак, который Шмулик готовит по собственному рецепту и который пользуется успехом у местных, становится тем самым связующим звеном, что объединяет внука и деда, но одновременно втягивает их в серьезные неприятности.

В истории также задействованы: преступная семья из бедуинского сектора с их непутевым сыном Азизом (Шади Мари); пара амбициозных местных полицейских, Орит и Бени (Литаль Шварц и Эли Хабиб); друг детства Юваля, вернувшийся к религии (Адам Габай, сын Сассона); и мифологическая бывшая (Амит Михаэли). Хотя Арад с его уникальной эстетикой и характером, безусловно, является главной звездой сериала, Тель-Авив — или то, как его воспринимают жители периферии — также играет здесь важную роль.

Омри Амит и Адар Миром, авторы сценария, работавшие над «Куклой ночи» и проектами Ханоха Даума, создали «Домашнее производство» под режиссурой Гури Альфи-Аарона. После «Моих удачливых сестер» и «Кто слышал о Хаве и Наве» Альфи-Аарона можно смело назвать автором с узнаваемым почерком: его работы отличает непринужденная атмосфера, выверенный саундтрек и тончайшая нотка меланхолии. «Домашнее производство» — пожалуй, самое цельное произведение этой творческой группы, создавшей мир, который кажется одновременно очень знакомым и глубоко самобытным.

В основе сюжета лежат классические тропы: герой, сменивший мегаполис на провинцию и получивший урок смирения, и обычные люди, волею судеб оказавшиеся в криминальном мире. Но поскольку действие разворачивается в Араде, а не в условном Альбукерке, сериал ощущается как нечто предельно израильское. Здесь есть все нюансы маленького города: эксцентричные персонажи, местный бар, импровизированное кафе на заправке и соседские сады, где так и тянет сорвать лимон.

Сериал затрагивает и болезненную тему Арада — города, основанного в пустыне, который в последние годы проходит процесс ускоренной ультраортодоксализации. Однако при всей остроте социальных вопросов, в повествовании чувствуется много милосердия, любви и искренней тоски по этому месту.

Умно и без дидактики сериал исследует проблему преступности в арабском обществе, в частности рэкет в Негеве, через призму истории Азиза (Шади Мари). Его персонаж — жестокий преступник, но в то же время потерянный молодой человек, мечтающий о признании и равенстве. Стоит отдать должное Мари: несмотря на то, что его часто приглашают на роли «плохих парней», он обладает феноменальным талантом вызывать сочувствие к любому своему герою.

Но главная сила сериала — это дуэт Кацира и Габая. Актеры с огромным разрывом поколений и разным бэкграундом создают химию, за которой трудно не следить. Подобно героям боевиков девяностых, они постоянно подкалывают друг друга, но при этом дополняют и заботятся друг о друге вопреки всем семейным неурядицам.

Юмор делает просмотр «Домашнего производства» легким и приятным. Кацир мастерски переносит свой сценический образ — смесь безразличия и эмоциональной отстраненности — на экран, раскрываясь как глубокий драматический актер. Ведь, как быстро понимает Юваль, есть мечты, а есть «тахлес» (суть). Мы учимся делать из лимонов лимонад, а из фиников — арак по сто шекелей за бутылку, чтобы просто выжить.

Сделайте себе одолжение: отдохните от новостей ради сериала, в котором есть все, чтобы полюбить эту страну чуть больше — со всем хорошим, плохим и горьким, что в ней есть.

Читайте также