«Эммануэль Шефер говорил, что не видел такого таланта 40 лет»: интервью со Шломи Штикером
Шломи Штикер, один из символов «Хапоэль Хайфа» 80-х годов, вспоминает свой путь в футболе: от юного таланта, за которым наблюдал легендарный тренер сборной, до разочарований, связанных с нереализованными переходами в клубы центра страны. В откровенном интервью он рассказывает о памятном голе в ворота Бони Гинзбурга и о том, как сложилась его жизнь после завершения карьеры.
Шломи Штикер был одним из величайших символов «Хапоэль Хайфа» в восьмидесятые годы. Он носил красную форму почти целое десятилетие и на протяжении многих лет считался игроком с огромным, но до конца не реализованным потенциалом, упустившим несколько возможностей для еще более впечатляющей карьеры.
О корнях
«Мой отец, Моше, родился в польском городке Ходоров. Во время Холокоста ему удалось бежать и присоединиться к советским войскам. Позже он репатриировался в Эрец-Исраэль, был депортирован британцами на Кипр, где играл в футбол — это была его большая любовь. Моя мать, Мари, прошла через тяжелый концентрационный лагерь, где ее заставляли работать на нацистскую оружейную промышленность. Вся ее семья погибла в Холокосте, кроме одной сестры; британцы освободили мать и отправили в Лондон. В Израиле родители познакомились, и мы жили на улице Ха-Зайт в Кирьят-Элиэзере. Я единственный сын, меня назвали в память об отце матери, которого я никогда не видел. Я родился 11 января 1960 года».
Учеба и первые шаги в спорте
«Я учился в начальной школе Явнеэли, затем в школе Тихон Хадаш, а позже получил первую степень по экономике и деловому администрированию. Первые шаги в футболе сделал с отцом, который видел мою любовь к мячу. До 15 лет я играл во дворе с ребятами. Мы все понимали, что я сильнее сверстников, выступавших за «Маккаби» и «Хапоэль Хайфа», но родители запрещали мне играть в команде, опасаясь, что это повредит учебе».
«Мальчик с велосипедом»
«Я безумно любил футбол, каждую субботу ездил на велосипеде на поле Кацэф клуба «Маккаби Хайфа» и с завистью наблюдал за игрой друзей. Менеджеры «Хапоэль Хайфа» заметили меня во дворе и прислали делегацию к родителям. Они согласились отпустить меня в команду при условии, что я успешно сдам экзамены на аттестат зрелости. Так моя мечта сбылась.
Позже, когда меня пригласили в молодежную сборную северного округа под руководством Джони Харди и Галиля Галсберга, Харди подошел ко мне и спросил: «Не ты ли тот мальчик, который приезжал на велосипеде на игры в Кацэф?». Я подтвердил, добавив, что всегда болел за «Хапоэль Хайфа»».
Признание Шефера
«На отборочных испытаниях в юношескую сборную Израиля тренер Эммануэль Шефер наблюдал за играми. В газетах тогда процитировали его слова обо мне: он сказал, что не видел такого таланта 40 лет. Когда меня выбрали в сборную, все называли меня «сыном Шефера», настолько он меня ценил, даже называл «чудо-ребенком». Спустя несколько лет он добавил: «Чудо ушло, ребенок остался»...».
Взрослая карьера и трудности
«В одну из пятниц мне позвонил легендарный Нахум Стельмах и пригласил на тренировку взрослой команды. Я был в шоке, встретив на поле таких кумиров, как Энглендер, Воллах, Йоав Леви, Левенталь и Инчи. Однако путь был непростым. Однажды после молодежного дерби, которое мы проиграли 0:6, Давид Швайцер в качестве воспитательной меры отправил нас с Боазом Бен Нуном обратно в молодежку на несколько недель. Позже, под руководством Шпиглера, я начал показывать отличную игру. В дебютном матче против «Хапоэль Иерусалим» я вышел в стартовом составе и отдал голевой пас Шпиглеру, который принес нам победу».
Гол в ворота Бони Гинзбурга
«Это было в 1985 году в Кирьят-Хаиме против «Маккаби Тель-Авив». Бони побежал за мячом к угловому флажку и вместо того, чтобы выбить его в аут, попытался оставить в игре, отдав пас по боковой линии. Я предвидел это, рванул к мячу и в одно касание пробил правой ногой. Мяч по дуге влетел в верхний дальний угол. Ави Коэн и другие игроки «желтых» бежали за ним, но не смогли спасти ворота. Примечательно, что в ту же субботу Марадона забил похожий гол за «Наполи» с 40 метров».
После футбола
«Я пытался строить карьеру тренера, работал в молодежных департаментах, тренировал в Технионе и Хайфском университете. Со своей женой Ирис я познакомился в пабе «Одинокий фонарь» в Бат-Галиме, у нас трое сыновей. Финансово я не заработал в футболе больших денег, всю жизнь выплачиваю ипотеку. Сегодня я живу в Неве-Шаанан и чувствую себя отлично, хотя меня до сих пор гложет боль от того, что мой родной клуб «Хапоэль Хайфа» так и не позволил мне полноценно интегрироваться в тренерский штаб взрослой команды».
