Между современным рыцарством и показухой: новая игрушка миллиардеров

Миллиардеры любят покупать спортивные команды. Это особенно показной символ статуса. Можно приобрести чудесное и дорогое произведение искусства, но в конечном итоге оно будет висеть у вас дома. И сколько машин, частных самолетов, поместий или яхт вам действительно нужно? Спортивный клуб, напротив, постоянно находится на виду у публики и в центре внимания СМИ. В НБА есть 30 команд, поэтому, как только вы приобрели одну из них, вы вступили в эксклюзивный клуб, членами которого являются еще только 29 человек в мире. Это своего рода современное рыцарство: входной билет в культурную и экономическую элиту, и, конечно, к славе.

Часть этих миллиардеров приобретают клубы из-за сентиментальной связи с командой, за которую они или их родители болели в детстве, но многие смотрят на это как на холодный бизнес. Это денежный поток, который почти ни от чего не зависит, и вокруг спортивной деятельности растут источники дохода, исчисляемые миллиардами: недвижимость, права на рекламу и использование стадионов для концертов, наряду с налоговыми льготами, которые владельцы получают от государства. Когда такой миллиардер приходит из мира медиа, он также получает доступ к очень прибыльному рынку спортивных трансляций. Тед Тернер, например, неплохо заработал на сочетании владения бейсбольной командой Атланты и правами на трансляцию TBS. И вообще, это не то чтобы вредит бизнесу, когда можно принять в VIP-ложе президента США для просмотра футбольного матча.

Почти любой ценой — вот некоторые из причин, по которым Джефф Безос, третий по богатству человек в мире, на прошлой неделе приобрел вместе с группой инвесторов, включающей также одного из основателей Facebook, 30 процентов владения «Ливерпулем». Они также объясняют, почему Боб Айгер, бывший легендарный генеральный директор Disney, и Джошуа Кушнер решили купить «Лос-Анджелес Лейкерс». Но деньги, статус и доступ в эксклюзивный клуб — это еще не вся история.

Цена, которую заплатил Безос за свою долю — 1,65 миллиарда долларов — довольно точно отражает стоимость «Ливерпуля». Из соглашения следует, что между сторонами существует договоренность в будущем провести обсуждение возможности того, что он станет основным акционером. Он входит в бренд с именем и огромными глобальными маркетинговыми возможностями. Если вы болельщик «Ливерпуля», стоит надеть и зимнюю куртку, и солнечные очки: эпоха FSG, которая сейчас продала часть своих активов Безосу, вернула клубу золотые дни после долгого увядания и одновременно подскочила в его стоимости. Безос приходит с запасом наличности, который может поднять бюджет «Ливерпуля» к истинной экономической вершине европейского футбола, наряду с «Манчестер Сити», «Реал Мадридом» и «ПСЖ».

С другой стороны, болельщики наверняка помнят и большие обещания, сопровождавшие покупку им «Вашингтон пост». Даже тогда это был огромный глобальный бренд, с тех пор он угасал, пока почти не утонул. История Кушнера и Айгера немного другая. Оба стремились приобрести спортивную команду или спортивную организацию почти любой ценой. Это началось с предложения купить часть прав на управление чемпионатом мира — попытка, которая взорвалась в лицо президенту ФИФА Джанни Инфантино — продолжилось попыткой купить команду в Лас-Вегасе и закончилось на прошлой неделе, когда за три дня переговоров они закрыли сделку по покупке «Лейкерс», еще одного огромного международного бренда, за 12,5 миллиарда долларов. Это сумма, которая на 2,5 миллиарда долларов — или 25 процентов — выше той, что заплатил предыдущий владелец клуба всего 14 месяцев назад.

Действительно ли «Лейкерс» увеличили свою стоимость на 25 процентов чуть более чем за год? Не может быть. Неужели Айгер и Кушнер просто заплатили слишком много? В это тоже трудно поверить. Это две бизнес-акулы. Они заплатили сумму, которую, по их мнению, «Лейкерс» будут стоить для них. Люди завтрашнего дня. Другими словами, в обоих случаях речь идет о спекулятивных покупках. В мире, где сегодня делают ставки почти на каждый чих, Безос, Айгер и Кушнер вкладывают свои деньги в спортивные команды.

Случай Безоса особенно интересен. Он и люди, с которыми он приобрел часть «Ливерпуля», приходят из цифрового мира. Это люди завтрашнего дня, которые инвестируют капитал в искусственный интеллект и технологии, призванные заменить часть вещей, которые люди делают сегодня. И здесь, возможно, находится самая захватывающая часть их ставки. Я думаю, что проведение матчей чемпионата мира в США летом и ошеломляющий успех турнира также имеют здесь большой вес: за всеми экономическими расчетами скрывается инвестиция в нечто сентиментальное и эмоциональное. Она опирается на связь, которую очень трудно разорвать, между человеком и его командой, его городом и его идентичностью. Эти три инвестора фактически говорят: мы поняли и осознали, что завтрашний день принадлежит искусственному интеллекту. Мы внедрим его и в наш бизнес и будем знать, как производить с его помощью миллиарды. Но наряду со всем, что изменится в будущем, останутся вещи, которые были здесь всегда и которые никакие технологии не смогут заменить. Эмоции, например. Или чувство, которое приносит с собой чемпионство. Или победа команды, за которую ты болеешь.

Акция на подъеме. И, конечно, наряду с эмоциями есть и очень холодный расчет: график. Рост стоимости спортивных клубов сам по себе является отличной причиной для их покупки. Когда американская группа покупателей купила «Ливерпуль» в 2010 году, клуб стоил около 300 миллионов долларов. 16 лет спустя часть его была продана по стоимости, близкой к 5 миллиардам. Леброн Джеймс инвестировал в «Ливерпуль» 6,5 миллиона долларов в 2011 году, а позже улучшил свое соглашение с FSG и стал владельцем одного процента от всех ее активов, которые включают, среди прочего, также «Бостон Ред Сокс». После текущей сделки стоимость его доли только в «Ливерпуле» составляет около 60 миллионов долларов. Это среднегодовая доходность в 16,6 процента. Цифра, в которую почти трудно поверить, что она реальна.