«Экзит в призывном пункте», часть 2: кто на самом деле получает шанс попасть в 8200?

После того как в первой части был раскрыт экономический потенциал службы в технологических подразделениях, вторая часть «Экзита в призывном пункте» переходит к вопросу о том, кто получает шанс попасть на этот путь.

Эпизод посвящен механизмам, создающим разрыв еще до дня призыва: среде, в которой растут подростки, осведомленности о возможностях в ЦАХАЛе, личным связям, рекомендациям из самих подразделений, а также частным подготовительным курсам, дающим преимущество тем, кто может себе их позволить.

Один из центральных моментов эпизода — разрыв между подростками из центра страны и молодежью из периферии. Речь идет не о разрыве в таланте, а о доступе к информации и среде, которая направляет на определенный путь с раннего возраста.

Саги Бар описывает, как ребенок в Рамат-ха-Шароне сталкивается с миром хайтека естественным образом: «В центре ребенок видит «мячи» 8200 в воздухе, промышленную зону в Петах-Тикве, слышит от друзей и семьи, как здорово работать в хайтеке. Он ориентирован на эти места с раннего возраста».

По его словам, в отдаленных местах картина иная: «Мы встретили другую среду. Родители меньше подталкивают, будущее менее ясно. Юноша или девушка 17 лет в Сдероте или Димоне 2010 года могли даже не знать о существовании 8200».

«Это вообще не в моих мыслях»

Гилель Битон-Розен отмечает, что географическая и социальная близость к центрам подразделений влияет на планы молодежи: «Если я из Эйлата, Кирьят-Шмоны, Мигдаль-ха-Эмека или Тверии, это не в моих мыслях, потому что я не знаю людей, которые это сделали».

Битон-Розен также поднимает вопрос экономических трудностей солдат с периферии: «Каковы его опции? Спать как бедняк в Доме солдата. Откуда он берет еду, на что существует? Это колесо, которое никто не останавливает».

Связи, рекомендации и «династии»

Эпизод затрагивает тему рекомендаций друзей и знакомых. Ротем Села утверждает, что необходима «китайская стена» между подразделениями и механизмом приема: «Прием должен быть полностью отделен от самих подразделений, чтобы не создавались династии. Люди должны приходить согласно способностям, а не знакомствам».

Наряду с этим исследуется рынок частных подготовительных курсов, которые могут повысить шансы кандидатов. Когда служба в технологическом подразделении становится преимуществом, стоящим больших денег, способность подготовиться к ней превращается в ценный ресурс.

Не кто преуспел — а кто получил шанс

Рики Маман подчеркивает, что критика не направлена против таланта принятых в подразделения: «Вопрос не в том, кто преуспел, а кто вообще получил шанс войти на путь, с которого начинается успех. Путь к сокращению разрыва заключается в создании оболочки, позволяющей молодежи понять, что этот путь открыт и для них».

---

Ответ пресс-службы ЦАХАЛа

«Утверждения в статье неточны и не отражают масштабных усилий ЦАХАЛа по расширению представительства периферии в технологических подразделениях.

В последний год все усилия были объединены в программу «Мозаика» (Псифас), возглавляемую Управлением кадров. Программа включает подготовку к ЦАХАЛу, поиск и отбор, а также трудоустройство на гражданке.

Среди прочего, были определены целевые квоты для населения периферии, представителей друзской и бедуинской общин, выходцев из Эфиопии и выпускников ультраортодоксального образования. Были обновлены инструменты отбора, чтобы они отражали способности индивида, а не только учебный путь.

Метод рекомендаций был отменен в 2023 году, вызовы на отборы осуществляются согласно автоматической и прозрачной политике на сайте «Митгайсим». Все первичные отборы проводятся онлайн, что отменяет необходимость физического прибытия на базы.

ЦАХАЛ запустил программу «Мехинот ха-Зенек», предоставляющую подготовку без оплаты, а также бесплатный обучающий инструмент для тестов ДАПАР. ЦАХАЛ решительно отвергает утверждения о дискриминации и привержен модели «армии народа», обеспечивая равные возможности для всех кандидатов».