Financial Times: судьба 13 миллиардов долларов от продажи венесуэльской нефти остается неизвестной
Согласно расчетам Financial Times, с момента установления контроля США над властью в Венесуэле из страны была вывезена нефть на сумму около 13 миллиардов долларов. Администрация президента Дональда Трампа предоставляет противоречивые данные о расходовании этих средств, что вызывает растущую критику со стороны американских законодателей.
Согласно данным Financial Times, США получили более 13 миллиардов долларов от продажи нефти Венесуэлы, находящейся под их контролем, однако судьба этих средств остается неясной. Несмотря на обещания прозрачности, американская администрация предоставляет противоречивые версии относительно использования доходов. Президент Дональд Трамп неоднократно подчеркивал, что США получают значительную прибыль от венесуэльских нефтяных ресурсов.
Расчет доходов
Оценка Financial Times основана на данных о поставках сырой нефти из Венесуэлы с января текущего года. Исходя из рыночной стоимости различных сортов нефти, объем поставок оценивается в 11,5 миллиарда долларов, а с учетом дополнительных баррелей общая сумма превышает 13 миллиардов долларов. При этом правительство Венесуэлы задокументировало на своем официальном ресурсе лишь один перевод в размере 300 миллионов долларов, осуществленный в марте. Разрыв между предполагаемыми доходами и фактически поступившими средствами вызывает серьезное беспокойство у экономистов, указывающих на отсутствие реальных доказательств восстановления экономики страны.
Противоречивые заявления администрации Трампа
Администрация Дональда Трампа делала различные, зачастую противоречивые заявления об управлении этими средствами — от тезисов о «сохранении денег для Венесуэлы» до открытых высказываний о получении личной прибыли. Вскоре после ареста бывшего президента Мадуро и установления контроля над страной в январе Трамп заявил, что доходы будут находиться под его управлением. В июне президент вернулся к этой теме, отметив, что США уже 28 раз возместили расходы на военную операцию за счет нефти. «Мы также зарабатываем много денег», — подчеркнул Трамп, добавив, что США вывезли из страны миллионы баррелей нефти.
Потребность в восстановлении и отчетность
Вопрос использования нефтяных доходов стал особенно острым после двух разрушительных землетрясений, произошедших в Венесуэле 24 июня. По оценкам ООН, ущерб, нанесенный зданиям и инфраструктуре, составляет 37 миллиардов долларов — сумму, которую стране крайне сложно собрать самостоятельно.
Существует значительная неясность относительно того, сколько средств США фактически перевели Венесуэле. Майкл Козак, высокопоставленный чиновник Госдепартамента, в апреле утверждал, что около 3 миллиардов долларов уже были направлены в страну. Позднее на слушаниях в Конгрессе он добавил, что часть средств была предназначена для выплаты зарплат госслужащим и закупки оборудования для нефтяной промышленности. Кроме того, США выделили 386 миллионов долларов в качестве отдельной помощи на ликвидацию последствий катастрофы. Делси Родригес, заместитель Мадуро, назначенная США его преемницей, продолжает настаивать на получении доступа к дополнительным средствам, удерживаемым за пределами страны.
Давление в Конгрессе
Американские законодатели от обеих партий требуют от администрации разъяснений относительно местонахождения денег и механизмов их распределения. Член Конгресса от Республиканской партии Мария Эльвира Салазар на слушаниях на этой неделе заявила: «Важность прозрачности относительно того, куда уходят деньги, критична».
Критика со стороны Демократической партии носит более жесткий характер и фокусируется на отсутствии подотчетности перед Конгрессом. Член Конгресса Хоакин Кастро заявил Financial Times, что «вторжение Трампа в Венесуэлу было связано с нефтью, властью и коррупцией с самого первого момента», добавив, что администрация намеренно держит Конгресс в неведении. Бенджамин Гедан, бывший высокопоставленный чиновник Белого дома по вопросам Латинской Америки, полагает, что возможная победа демократов на выборах в ноябре приведет к началу масштабного парламентского расследования, так как данные средства стали «лакомой целью» для политических оппонентов.
