Фолькер Бек: «Без «Моссада» я был бы мертв, наши спецслужбы слепы»

Фолькер Бек, председатель Общества германо-израильской дружбы, ставший целью иранского заговора, обвиняет немецкую разведку в некомпетентности. По его словам, если бы не «Моссад», «я, вероятно, был бы уже некоторое время мертв. Наши спецслужбы были слепы».

В интервью немецкой газете Juedische-Allgemeine он рассказал, что власти рекомендовали ему не выходить из дома без полицейской защиты. «Прогулка с собакой была возможна только в бронированном автомобиле. Я резко сократил свои встречи вне дома», — описал он.

План покушения был раскрыт на прошлой неделе еженедельником «Der Spiegel». Разведывательные службы разных стран, включая «Моссад», вышли на след Али С. — ликвидатора из подразделения «Кудс», который планировал убийство Бека и президента Центрального совета евреев Германии. В январе 2025 года Али С. получил задание следить за лицами, связанными с еврейской общиной, после чего прибыл в Берлин. Позже он вылетел в Иран через Турцию.

Данные, переданные «Моссадом» датской разведке, позволили установить слежку за Али С., которая завершилась его арестом. «Это было в конце мая или начале июня 2025 года. В пятницу утром мне позвонила государственная служба безопасности и сообщила о конкретной угрозе. В последующие дни меры безопасности постоянно усиливались. В такой ситуации нельзя просто пойти в кафе, кино или встретиться с друзьями», — отметил Бек.

Он добавил: «Когда для любого досуга нужно задействовать от шести до десяти сотрудников службы безопасности, ты думаешь дважды. Это время до сих пор преследует меня. Ты бродишь по своей квартире, как тигр в клетке, потому что у тебя почти нет реального и спонтанного контакта с другими. Ничто уже не нормально».

Бек выразил недоумение отсутствием общественного протеста в Германии: «Целями атак были исключительно еврейские и сионистские объекты. Кроме издательства Springer, не было общественного возмущения со стороны СМИ или политиков. Жертвы антисемитских угроз и насилия остаются в тишине. Если бы исламистские террористы планировали, например, теракт на рождественском рынке, возмущение было бы массовым. Это так просто и так грустно».

На вопрос о том, как Германия должна реагировать, Бек ответил: «Мы давно знаем, что Иран планирует теракты за рубежом против еврейских целей, оппозиционеров и друзей Израиля. Со времен теракта в ресторане «Миконос» в 1992 году ясно, как Иран относится к своим противникам. До сих пор не было никаких последствий. Это должно измениться. Первым шагом станет резкое сокращение деятельности посольства Ирана в Берлине. Чем меньше там будет людей, тем меньше ресурсов у режима для планирования терактов».

Он подчеркнул, что общее состояние защиты еврейской жизни в Германии остается неудовлетворительным: «Враждебность и нападения на евреев — это только одна сторона медали. Другая сторона — реакция неевреев. Либо нам удастся показать, что мы стоим рядом с евреями, когда на них нападают, либо посыл остается прежним: нам вас жаль, но на нас это не влияет. Если евреи решают уехать в Израиль, несмотря на ракетные обстрелы, они там не всегда в большей безопасности, чем здесь. Но в Израиле они не одиноки в своей незащищенности. Это решающая разница. У Германии есть выбор».