Гендиректор Минтранса: мы потребуем компенсаций для пассажиров, застрявших за границей

Когда генеральный директор министерства транспорта Моше Бен-Закен услышал первую сирену с началом операции «Шаагат ха-Ари» («Рев льва») в субботу, он не был удивлен. «У нас был заранее подготовленный план, и от нас требовалось не предпринимать действий, которые могли бы вызвать подозрения у другой стороны», — рассказывает он в интервью «Глобс». На профессиональном уровне понимали, что столкновение с Ираном — лишь вопрос времени, и подготовка велась вдали от глаз общественности.

Теперь Бен-Закен раскрывает выводы, сделанные по итогам операции «Им Калави» («С гончими»), и намерения возродить схему компенсаций пассажирам, несмотря на предыдущие попытки, которые были заблокированы. Наряду с достижениями, он признает и те планы, которые не увенчались успехом: «Были вещи, которые мы планировали, но они не реализовались так, как нам хотелось».

Спорный гендиректор под огнем

Назначение Бен-Закенa, одного из приближенных министра транспорта и безопасности на дорогах Мири Регев, на пост гендиректора министерства в 2023 году вызвало общественную и юридическую бурю. Комиссия по назначениям при Управлении государственной службы постановила тогда, что он не соответствует требуемому порогу квалификации из-за нехватки управленческого и профессионального опыта, и предупредила о риске для функционирования министерства транспорта — позиция, получившая поддержку юридического советника правительства.

Моше Бен-Закен

Личное: 40 лет, женат, трое детей, проживает в Ашдоде.
Профессиональное: был активистом «Ликуда», с 2017 года работал в тесном контакте с Регев, сначала в качестве ее советника в министерстве культуры и спорта, а затем в качестве главы ее канцелярии в министерстве транспорта. После того как Регев покинула министерство транспорта, занимал пост гендиректора Фонда поощрения и развития строительства.

Несмотря на критику, политические связи позволили Бен-Закену возглавить министерство в один из самых сложных периодов в его истории. Наряду с уходом высокопоставленных профессионалов и меняющейся реальностью в сфере безопасности, он пытается продвигать масштабные инициативы — от попыток привести компанию Uber в Израиль («Это произойдет быстрее, чем думают, все готово») до создания базы деятельности для иностранной авиакомпании и продвижения закона о метропольных властях, который, по его утверждению, «будет принят еще до конца каденции».

Спустя три недели после введения чрезвычайного положения политика Бен-Закенa заключается в том, чтобы «задействовать все, что возможно». Значительный экзамен состоится в понедельник с возвращением к работе трамвая в Гуш-Дане. Он присоединится к «Ракевет Исраэль» (Израильские железные дороги) и иерусалимскому трамваю, которые работали с начала кампании, в то время как автобусная сеть на сегодняшний день стабилизировалась на уровне около 35% от обычного объема деятельности. «Наше стремление — максимум деятельности при минимуме рисков», — поясняет Бен-Закен. «Насколько Командование тыла позволит сохранять транспортную рутину, настолько мы будем задействовать общественный транспорт».

«Малые бизнесы тоже закрываются»

В отличие от общественного транспорта, открытие неба оказалось гораздо более сложным процессом. Аэропорт Бен-Гурион, заполнившийся американскими самолетами, стал центральной целью и был временно закрыт. Через пять дней после начала операции начались эвакуационные рейсы израильских компаний, и на данный момент на родину возвращено около 130 тысяч пассажиров — часть из них по обходным маршрутам через соседние страны и море.

С расширением спасательной операции израильтяне были эвакуированы даже из Дубая и Абу-Даби при финансировании ОАЭ, но не все прошло по плану. План министерства транспорта по морской эвакуации провалился, а компания FlyDubai предпочла не приземляться в Израиле, несмотря на полученное исключительное разрешение. Параллельно цены на билеты в одну сторону подскочили вдвое.

Что вы думаете о поведении израильских авиакомпаний во время войны?

Бен-Закен поясняет, что расчеты с компаниями будут отложены до окончания кампании. «Мы сумеем подвести итоги по вопросам функционирования, цен и обслуживания», — отмечает он, — «но сейчас основное внимание уделяется сотрудничеству. Видно, что компании сделали выводы. Особенно помогли компании, которые эвакуировали через Табу и Акабу». Наряду с этим Бен-Закен принимает решение «Эль-Аль» не присоединяться к операции из-за строгого предупреждения о поездках, действующего в отношении Египта. «За несколько часов до того, как она должна была начать деятельность, она сообщила, что не присоединится. И это нормально, мы никого не принуждаем».

Нельзя игнорировать тяжелые расходы, которые были им навязаны: скачок цен на топливо, простаивающие самолеты и огромные эксплуатационные расходы под огнем. С вашей точки зрения, они должны это поглотить?

«У меня есть друзья и члены семьи с малыми бизнесами, которые сейчас закрыты, а их клиенты сидят дома», — говорит он. «Это экзистенциальная война за дом, и авиакомпании — это часть бизнеса: бывают периоды высоких прибылей, а бывают трудные времена».

Подобно модели компенсаций периода коронавируса, Бен-Закен предлагает рассмотреть схему помощи, основанную на соотношении доходов и расходов, но подчеркивает, что речь не идет о «пустом чеке». «В конечном итоге нам нужно будет найти правильный баланс между общественностью и авиакомпаниями, чтобы они могли продолжать стоять на ногах».

Ловушка «закона Тиби» и битва против Минфина

Волна отмен рейсов возвращает в центр внимания вопрос прав пассажиров. Министр транспорта воздерживается от подписания специального указа, который ограничил бы услуги помощи со стороны авиакомпаний всего двумя днями, по всей видимости, чтобы защитить потребителей. Однако на практике существующая ситуация обязывает компании финансировать пребывание за границей в течение неограниченного времени — экономическое бремя, которое они не готовы брать на себя.

«Пассажиры не остаются ни с чем. Возврат средств за услуги помощи занимает время, потому что авиакомпании играют мускулами», — заявляет он. Он напоминает, что только недавно суд постановил, что компании обязаны выплачивать компенсации пассажирам согласно закону, подобно прецедентам времен «Им Калави».

По его мнению, требуемая поправка к закону служит в основном компаниям: «Граждане, которые летели, знали в рамках соглашения, что им полагается и каковы риски». Чтобы преодолеть разрыв, министерство транспорта пытается вернуть на стол схему, которая ранее была заблокирована Минфином: два дня финансирования за счет авиакомпаний и еще три дня за счет государства. «Это справедливая схема, win-win для всех, и мы потребуем ее снова», — резюмирует Бен-Закен.

Как будет выглядеть «день после», и как намерены быстро вернуть иностранные компании к деятельности в Израиле?

«Мы находимся в постоянном контакте с гендиректорами иностранных компаний — через Управление гражданской авиации, Управление аэропортов и министра перед ее коллегами. Иностранные компании хотят вернуться; они любят летать сюда, получают отличное обслуживание, и для них это очень прибыльная деятельность. Есть даже компании, которые хотят обосноваться и инвестировать здесь деньги. Их посыл ясен: как только мы снимем NOTAM (уведомление о безопасности полетов), они быстро вернутся к рутине. Израильский рынок необычайно привлекателен».

И все же, похоже, что план по созданию базы Wizz Air находится в заморозке.

«До начала операции мы видели значительный прогресс, и даже собралась комиссия по регулированию слотов. А потом разразилась война. Это не "застряло" — точно так же, как образовательные учреждения сейчас не работают, эта тема тоже в заморозке. Сейчас наш фокус один: сохранение безопасности граждан. В день после мы вернемся к рутинным вопросам».

Увидим ли мы повышение портовых сборов в аэропорту Бен-Гурион, чтобы компенсировать потерю доходов Управления аэропортов?

«Прежде всего, мы не увидим повышения налогов — наоборот. Мы постоянно проверяем, как сократить расходы для населения и сделать авиацию более доступной и дешевой. Я не принимаю такого желания повышать налоги, и я верю, что министр также этого не позволит. Пока это зависит от нас, этого не произойдет».

Из министерства финансов в ответ сообщили: «В начале войны был исправлен закон, называемый "законом Тиби", и министр транспорта была уполномочена в нем сократить указом период ответственности авиакомпаний за отмену рейсов не по их вине до минимального периода в два дня. Это было сделано на основе логичного предположения, согласно которому авиакомпании не должны нести это бремя, а должны нести пассажиры. Министр транспорта с тех пор по неясным причинам отказывается подписывать указ, обуславливая это компенсацией, которая, по нашему мнению, несправедлива, не требуется и невыполнима. Речь идет о вопросе, находящемся в рамках полномочий министра транспорта, и министерство финансов не является его стороной».