Государство пересматривает модель компенсаций бизнесу в период кризиса
Министерство финансов разрабатывает новую модель помощи работникам и бизнесу, балансируя между бюджетным консерватизмом и предотвращением экономических крахов. Основной акцент делается на поддержке малых предприятий, в то время как крупные компании, по мнению ведомства, должны справляться самостоятельно.
Снова разгорается борьба вокруг модели помощи, которую государство предоставит работникам и бизнесу в период кризиса. Министерство финансов пытается балансировать между бюджетным консерватизмом и предотвращением краха, и результатом становится распределение затрат, которое не всегда удобно для всех. Принцип таков: крупные предприятия справятся сами.
Статус выплат работникам
Работник, который с начала войны не приходит на работу, потому что в нем не нуждаются или его не хотят видеть, получит ли он зарплату за дни отсутствия?
Исходная точка заключается в том, что нет законной обязанности платить работнику, который фактически не работал, и поэтому работник не получит зарплату и должен будет использовать свои дни отпуска. Но государству ясно, что невозможно возложить все на работника, особенно если речь идет о бизнесе, который закрыт на весь период боевых действий. Поэтому правительство действует несколькими способами. Первый этап — это попытка разобраться с крайними случаями: работники, которые из-за войны, начавшейся 28 февраля, не работают более 14 дней подряд. В таких случаях бизнес сможет отправить работника в неоплачиваемый отпуск (ХАЛАТ), и, как правило, он будет иметь право на выплаты по безработице от Службы национального страхования («Битуах Леуми»).
В государственном секторе было решено не отправлять этих работников, которые вообще не работали с начала войны, в ХАЛАТ, поскольку в любом случае именно государство будет платить им зарплату как работникам в ХАЛАТ. Зарплата, которую получит работник госсектора, не работавший во время войны «не по своей вине», составит 100% в первые две недели и 80% на третьей неделе.
Механизмы поддержки частного сектора
Что с работниками, которые отсутствовали менее 14 дней подряд?
Это очень распространенный случай. Первые пять дней войны характеризовались массовым закрытием экономики. В таком случае нет возможности отправить работника в ХАЛАТ. Поэтому работник зависит от доброй воли работодателя. Работодатель, со своей стороны, может сказать работнику, что дни, проведенные дома, идут в счет его дней отпуска. Эта ситуация не является идеальной ни для кого, поэтому Минфин выстраивает следующий стимул: если работодатель будет платить зарплату своим работникам как обычно и не будет заставлять работника брать дни отпуска, он сможет получить возврат 75% от своих затрат на заработную плату (а если оборот бизнеса менее 300 тысяч шекелей в год — даже 100% расходов на зарплату), и определенный возврат своих постоянных расходов — расходов, которые бизнес должен нести, несмотря на войну, таких как аренда.
Бизнесы возмущены двумя вещами. Во-первых, по их утверждению, гранты слишком малы — они компенсируют только 75% зарплаты и не дают более широкой компенсации постоянных расходов. Например: бизнес, чей оборот пострадал на 39%, с постоянными расходами в 90 тысяч за два месяца, может получить лишь около 5000 шекелей в качестве компенсации постоянных расходов. Также они возмущены тем, что суммы компенсаций не были обновлены в соответствии с инфляцией. Драматический шаг здесь заключается в том, что правительство ограничивает эти гранты только бизнесами, чей оборот составляет менее 400 миллионов шекелей в год. Это означает, что крупные предприятия, которые вернули своих работников к работе после «пяти дней войны», не получают никакого гранта.
Позиция государства и прогнозы
На данном этапе правительство и работодатели обвиняют друг друга. Предполагается, что работники в конечном итоге не возьмут на себя убытки за нерабочие дни, но правительство и работодатели играют мускулами. Утверждение Минфина состоит в том, что крупные работодатели в конечном итоге восполняют все падение оборота, произошедшее во время войны, а иногда и больше, и поэтому несправедливо, если они не будут платить работникам. С другой стороны, Минфин не может заставить тех, кто не включен в его систему грантов, платить работнику. В Минфине также полагают, что, поскольку уровень безработицы низок, работодатели не будут спешить ущемлять работников и не платить им зарплату вовремя.
В ходе операции «Им Колави» схема компенсаций стоила около 3,3 миллиарда шекелей. В Минфине оценивают, что текущая операция обойдется примерно в 6,8 миллиарда шекелей (из них около миллиарда в 2027 году). Речь идет о 300 миллионах шекелей на ХАЛАТ и 6,5 миллиарда шекелей на все компенсации косвенного ущерба. Кроме того, есть прямые убытки, которые сейчас можно оценить примерно в миллиард шекелей. Эти средства будут выделены из фонда налога на имущество («Керен мас рехуш»), и поэтому формально они не увеличивают дефицит.
