«Государство с нами не разговаривает»: как война на севере разрушила бизнес в Кирьят-Шмоне

Ресторан «Хавива», принадлежащий Рине Мор Йосеф, открылся в конце декабря 2019 года в центре города Кирьят-Шмона, и сегодня он стоит закрытым из-за ситуации на севере.

«Это было за три месяца до начала коронавируса. Я построила его своими руками при огромной поддержке друзей, которые не брали плату или долго ждали оплаты», — вспоминает Мор Йосеф.

«Хавива» специализируется на домашней кухне и рассчитан на 40 посадочных мест. До 7 октября бизнес успешно развивался, и владелица даже планировала расширение.

«С открытия мы работали хорошо. Публика в основном местная, основной поток приходился на обеденные часы. Когда мы вернулись к работе после пандемии, бизнес рос. Все доходы я вкладывала в развитие. До 7 октября я уже подумывала о переезде в помещение побольше. Был даже инвестор, с которым мы должны были встретиться после праздника Суккот, но все изменилось, когда разразилась война».

Мор Йосеф описывает тяжелое душевное состояние на фоне ситуации с безопасностью: «Я выросла в Кирьят-Шмоне, и у меня много лет диагностировано посттравматическое расстройство и приступы паники из-за ситуации в сфере безопасности. До войны в Газе у меня было высокое качество жизни благодаря длительному лечению, но 7 октября все перевернулось».

Ресторан «Хавива» был закрыт в течение полутора лет с начала войны в Газе.

«В марте 2025 года я предприняла попытку возобновить работу, когда появилась возможность вернуться в Кирьят-Шмону из-за прекращения огня с Ливаном, но она провалилась, так как я не нашла работников. Молодежь в большинстве своем не вернулась в город. Я проработала три недели, которые были сносными», — описывает она. «Потом была еще одна попытка в июне 2025 года, которая не увенчалась успехом. В конце сентября 2025 года, после праздников, я открылась снова, и мы работали, пока не началась операция «Рев льва», и ресторан снова закрылся».

Она признается: «Я не зарабатываю горы денег, а лишь обеспечиваю свое существование, и не могу позволить себе платить зарплату сотруднику, когда нет дохода. Если бы государство заявило, что будет участвовать в оплате труда, я бы взяла на себя часть расходов, чтобы не увольнять работника. Но государство с нами не разговаривает. А если что-то и говорят, то это лишь ложь».

По ее словам, мэрия также не идет навстречу: «Я плачу обычный налог арнона, без скидок. В мэрии мне советуют подавать иск о компенсации и требовать возврата у государства. Но для этого нужно нанимать адвоката и платить ему».

На вопрос о том, как она справляется сейчас, Мор Йосеф отвечает:

«В период операции «Железные мечи» я отложила выплаты по кредитам. Я не поехала в отель при эвакуации, а сняла дешевую квартиру на деньги, взятые в долг у сестры. Так и перебиваемся. Я не представляла себе, насколько трудно быть частным предпринимателем в Израиле. Кто знал, что будет война и моя душа будет раздавлена».