Как делают деньги на уличной музыке: захватывающая история израильского хип-хопа

Автор — диджей, международный музыкальный продюсер (Vooz Brothers) и владелец компании по организации музыкального сопровождения мероприятий в Израиле и за рубежом.

Подобно шницелю, пришедшему из Австрии, или фалафелю, родившемуся в Египте, которые стали самыми израильскими блюдами, хип-хоп, совершивший алию из США, превратился в живой и актуальный местный жанр. Новый документальный сериал, вышедший на этой неделе на «Кан 11» и «Кан BOX» под названием «Черное золото — история израильского хип-хопа», призван объяснить нынешнему поколению, как нам повезло с Йоси Файном, и как, подобно многим хорошим историям, этот жанр начался с удачной шутки Яира Ницани около 30 лет назад.

Сериал, созданный Ромом Аттиком и Эмери Декель-Кадошем, успешно преподносит сцену хип-хопа в обертке из «затягивающей конфеты». Одним из участников и ключевой фигурой в «Шваким С» (первой хип-хоп группе) является Моки (Дани Нив). «Нас никогда по-настоящему не интересовала и не занимала «сцена». Мы не заморачивались тем, как нужно одеваться и говорить, и в какие клубы ходить. Мы делали свое дело так, как хотели, и все, — говорит он. — И мы изобрели хип-хоп в Израиле, его на самом деле не было, поэтому и не с кем было смешиваться. До нас был Найджел Ха-Адмор (который опередил свое время с «Хумус Меттамтем» и песней, давшей название легендарной радиопрограмме о местном хип-хопе, которая выходила 11 лет на «Гальгалац» — «Эсек Шахор» — прим. ред.). Потом пришли «Ха-Даг Нахаш» и «Саблиминал и Ха-Цель», и каждый был сам по себе. Респект и все такое, но мы не тусовались вместе».

Новое поколение, для которого Кейсария — не грубое слово

Точно так же, как описывает Моки, хип-хоп сцена началась с разного рода аутсайдеров и превратилась в монстра, заполняющего стадионы, как, например, серия из 6 концертов подряд Равида Плотника и Туны в амфипарке Ришон-ле-Циона в 2023 году, на которые было продано 90 тысяч билетов заранее. Но путь был долгим и извилистым, и чтобы такие артисты, как Туна, захватили каждый плейлист радиостанции, нужно знать, с чего все началось и когда пришло новое поколение, для которого Кейсария — не грубое слово.

«Я вышел на передний план», — говорит Дуда, восходящая звезда жанра, получившая признание даже от Равида Плотника, который выбрал его на разогрев своего гастрольного тура. «Я продюсирую для других и черпаю вдохновение из многих жанров — бухарская музыка, амхарская, транс. Я очень люблю связь между хип-хопом и электроникой, но не занимаюсь определениями. «Поп» происходит от слова «популярный», и тот, кто делает это — это публика. Поэтому песня, которая взрывается, в итоге становится тем, что называется поп, и у меня нет с этим проблем. И если моя правда, боль, смех и панчи доходят до самых больших сцен — то отлично».

«Сегодня все — это хук, музыка укорачивается»

Саблиминал считается главным архитектором превращения израильского хип-хопа в коммерческую индустрию. Вместе с «Ха-Целем» и семьей «Такт» он ответственен за «Большой взрыв», но некоторые скажут, что и за почти полное исчезновение жанра — все из-за одной рекламы шоколадного напитка в 2003 году. «Это критика, которую мне предъявляли, но я с ней не согласен, мне кажется, что я просто опередил свое время на два десятилетия», — говорит Коби Шимони (Саблиминал). «В конце концов, я просто хотел показать отцу, что могу зарабатывать на жизнь. И я люблю шоколадный напиток. Это не наркотики. Рэперы, на которых я вырос, тоже рекламировали «Макдоналдс» или «Спрайт» (Run DMC и Nas соответственно — прим. ред.)».

«Артисты должны быть смелыми — всегда найдется тот, кто что-то скажет, сделаешь ты или нет», — добавляет Шимони. «Я уже 30 лет в бизнесе, и мне ясно, что каждые несколько лет я должен изобретать себя заново. Мне есть что сказать, поэтому я пришел в музыку, так что если нужен припев с «Ха-Геватрон» или Даной Интернэшнл, чтобы нас слушали, когда мы читаем рэп — это то, что мы сделаем». Туна в Израиле также подвергался критике за то, что «продался» после рекламы черного кофе.

«Каждый ребенок с ноутбуком думает, что покорит мир»

Саблиминал считает, что музыкальные платформы и культура кликбейта делают музыку шаблонной и лишенной глубины, а слушателей — нетерпеливыми. «Сегодня все — это хук, музыка укорачивается, и это не весело. Раньше, когда выходил альбом, ты погружался в него, привязывался к нему и к артисту. Я думаю, это то, что вернется. Не только песня на 2 минуты, как требует алгоритм платформы, а альбом, в котором артисты смогут выразить себя».

Что касается новой музыки, Шимони говорит: «Тут две стороны медали. С одной стороны, есть наводнение. Каждый ребенок берет ноутбук и думает, что собирается покорить мир, но все звучит очень похоже и очень предсказуемо, потому что это то, что делает программа «Суно» — сглаживает углы. Я тоже ее использую, но чтобы понять, что делают все, и я пытаюсь привнести что-то другое. Это положительная сторона дела — появятся артисты, которые будут исключительными и в музыке, и на платформе. Я не удивлюсь, если внезапно появится артист-инопланетянин, который очень «зайдет», который делает музыку, не вписывающуюся в полку Spotify или в жанр, который будет другим».

Когда я спрашиваю Моки о молодом поколении, он обнаруживает, что его связь с ним идет через сына, который очень любит Маора Ашкенази, например (ищите «Хочешь быть моим другом?» — прим. ред.). «Мне нравится видеть и слышать оригинальный флоу или спик. Но нет ничего такого, про что я сейчас скажу: «Это действительно трогает мое сердце, это меня сносит», — свидетельствует он. — Когда я встретил создателей программы «Черное золото», я увидел, что они приходят с настоящей любовью к делу. Хип-хоп, немного как наша любимая страна, только превозносит «здесь и сейчас» — нет процессов. Но невозможно продвинуться куда-либо, если не понимаешь, откуда мы пришли, а затем пытаешься думать, куда хочешь идти отсюда».