Иран может использовать 60-дневное перемирие для прорыва к ядерному оружию

В закрытых кругах экспертов, ученых и сотрудников разведки, занимающихся иранской ядерной программой, царит глубокая тревога. С момента начала режима прекращения огня три месяца назад, а особенно после недавних сообщений о формирующемся соглашении, их опасения переросли в состояние постоянного беспокойства. Специалисты, посвятившие десятилетия изучению иранского ядерного проекта, единодушны в своем приоритете: «Нужно заниматься расщепляющимся материалом, затем расщепляющимся материалом, а когда закончим с этим — снова расщепляющимся материалом».

Основная претензия экспертов к текущей ситуации заключается в том, что Иран накопил достаточно обогащенного урана для создания около 12,5 атомных бомб. При этом в рамках обсуждаемого соглашения не предусмотрены механизмы контроля, изъятия или уничтожения этих запасов, что фактически связывает руки Израилю.

60 дней как «окно прорыва»

Предстоящие 60 дней, отведенные на переговоры между США и Ираном, эксперты называют критически опасными. Вместо того чтобы стать временем для дипломатического урегулирования, этот период может быть использован иранским режимом для тайного завершения работ по созданию ядерного устройства. Надежда на то, что Иран будет соблюдать условия, не является стратегией или рабочим планом.

Данные разведки свидетельствуют о наличии у Ирана:

• Около 11 бомб из материала, обогащенного до 60%.

• Около 1,5 бомб из материала, обогащенного до 20%.

• Значительных запасов материала уровня 5%, которые могут служить резервом.

Специалисты подчеркивают: обогащение до 60% — это практически пройденный путь к 90% (оружейному уровню). Это «заряженный пистолет на столе», ожидающий нажатия на курок.

---

Стратегические ошибки и «альбом победы»

Рафи Мирон, бывший заместитель главы Совета национальной безопасности, отмечает, что военные операции, включая недавние, были впечатляющими с точки зрения тактики, но провальными с точки зрения приоритетов. По его мнению, удар должен был быть нанесен в первую очередь по запасам обогащенного материала, а не по инфраструктуре, которая уже выполнила свою задачу.

Сегодня Иран — это «подземная держава», способная рассредоточить производство на небольших, скрытых объектах, которые крайне трудно обнаружить и атаковать. Отсутствие непрерывного контроля за производством центрифуг с февраля 2021 года означает, что никто не может с уверенностью сказать, сколько компонентов и резервных систем подготовил Тегеран.

Уроки Северной Кореи

Эксперты опасаются, что Иран движется по модели Северной Кореи, рассматривая ядерное оружие не как угрозу режиму, а как его «страховой полис». После того как Иран увидел, что прямые удары Израиля и США не привели к падению режима, а мир поспешил к столу переговоров, мотивация Тегерана к обладанию бомбой могла лишь усилиться.

Любое соглашение, которое не предусматривает немедленного вывода или разбавления обогащенного материала под строгим контролем, является лишь отсрочкой, а не решением проблемы. Для иранского режима это время — не пространство для дипломатии, а рабочая площадка для завершения ядерного проекта. Вопрос, который остается открытым: где находится материал и кто может гарантировать, что Иран не использует ближайшие 60 дней для окончательного прорыва к созданию ядерного оружия?